§

Новости

Пациент психиатрической больницы скончался после побоев
16 Ноября 2016 г.

Родителям сообщили, что их сын умер от сердечного приступа, но когда отец увидел тело в морге, едва не потерял сознание. Больного человека в стенах медицинского учреждения превратили в «боксёрскую грушу».

 

Жизнь Михаила Воронкова разделилась на до и после армии.

Последняя встреча 

Мише Воронкову было 39 лет, из них 20 лет он страдал неизлечимым психиатрическим заболеванием, которое проявилось во время прохождения срочной службы. Родители 16 лет выхаживали Мишу, возили по больницам и святым местам. Но болезнь только прогрессировала. Четыре года назад после очередного курса лечения врачи посоветовали родителям определить сына в психоневрологический интернат: «Ему нужен специальный уход и режим». Родители выбрали психоневрологический интернат в селе Царёв в Ленинском районе.

«Четыре года наш сын там провёл. Уход был очень хороший. Наша семья его регулярно навещала в Царёве, он был всегда чистенький, ухоженный, ни разу на нём не было ни царапинки, ни синяка, - рассказывает мама Михаила Ольга Воронкова. - Но в сентябре нам позвонили из интерната и сообщили, что Мишу отвезли в Ложки (областную психбольницу №1 на ст. Ложки. - Авт.) подлечиться. Через два дня мы с мужем уже были там. Приехали в больницу ранним утром 4 сентября. Это было зрелище не для слабонервных. Мой ребёнок вместе с другими пациентами стоял во дворе с опухшим лицом, царапины, лоб разбит. Было прохладно, и наш худой, измождённый Миша трясся от холода. Из одежды на нём были только изодранные трусы и старые резиновые шлёпки на одну ногу и разного размера». 

Это была последняя встреча родителей с сыном. Воронковы звонили в Ложки регулярно. Последний звонок  лечащему врачу был сделан за неделю до гибели Миши: «Вылечить мы его не сможем, но состояние здоровья при его болезни неплохое».

Залечили до смерти 

Через месяц «лечения» в состоянии комы Михаила доставили в Калачёвскую ЦРБ с подозрением на прободную язву. Там врачи констатировали закрытую черепно-мозговую травму и многочисленные ушибы, ссадины, повреждения по лицу и всему телу, которые, по заключению судебно-медицинского эксперта Александра Кочергина, образовались от воздействия твёрдого тупого предмета незадолго до смерти. У живых людей такие повреждения квалифицировались бы как причинившие тяжкий вред здоровью. Согласно выводам эксперта травмы Воронкова не характерны для падения человека с высоты собственного роста, а именно так врачи психбольницы объясняли синяки пациента. 

Но поскольку сердце Миши остановилось в результате инфаркта миокарда и кардиогенного шока, то специалисты не усматривают связи между избиением и смертью Воронкова. Этот вывод и стал главным основанием для вынесения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела следователями СО по Калачёвскому району СУ СКР по региону «в связи с отсутствием события преступления».

В психбольнице после такого вердикта следователей наверняка выдохнули: «пронесло». 

«Воронков в нашем учреждении не избивался однозначно, - безапелляционно заявила нам по телефону главный врач ВОПБ №1 Лиана Орешкина. - Травмы он получил от падения и неопасные для жизни». Вскоре после этого она заявила «вас плохо слышно», бросила трубку и больше её не брала. 

А вопросов к Лиане Орешкиной много. Руководство психбольницы не удосужилось сообщить родственникам о том, что их сын в тяжёлом состоянии попал в больницу, они им не позвонили даже, когда Миша умер. 

«О том, что Михаил Воронков в тяжёлом состоянии, мы узнали случайно, - говорит фельдшер Царёвского интерната Елена Сергеевна. - Мы собирались везти в Ложки пациента с обострением заболевания и думали обратным рейсом забрать нашего Мишу домой. Позвонила предварительно в больницу, чтобы узнать, как он себя чувствует. И тогда мне сказали, что он в тяжёлом состоянии в ЦРБ. Резко упало давление, потерял сознание. Спрашиваю: «А сейчас он как?». В ответ: «Мы не знаем». Даже телефон ЦРБ мне не сказали, а когда дозвонилась туда, мне сообщили, что Миша умер. Мы тут же сообщили его родителям о трагедии».

В версию психбольницы, что пациент имел обыкновение неудачно падать, в интернате не верят. «Он мог встать на колени в коридоре, помолиться и дальше пойти. А таких странностей, чтобы падал, да ещё до тяжёлых травм, такого мы за ним не наблюдали», - говорит Мария, сотрудница интерната. 

«Наш сын был беззащитным, беспомощным, как ребёнок. Кто и за что его так жестоко избивал? Мы не верим в сказки, что он сам упал. И экспертиза подтверждает, что это враньё. Мы надеялись, что будет проведена проверка в больнице. Как они допустили, что моего сына избивали? А может, он не единственный, кто «неудачно упал»? Но, похоже, что всё хотят «спустить на тормозах», - возмущена Ольга Воронкова. 

Родители намерены добиваться объективного расследования обстоятельств гибели их сына. Они подготовили жалобу в прокуратуру области и будут добиваться отмены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Мише это уже не поможет, но, возможно, спасёт других пациентов психбольницы от роковых падений.

 


источник :  www.vlg.aif.ru

вернуться в раздел новостей