§

Новости

Последнее покрывало для безнадежных: почему боятся паллиативной медицины
30 Июня 2017 г.

Паллиативная (от французского «покрываю», «защищаю») помощь - это своеобразный плащ, покрывало, которое должно защищать смертельно больных от ужаса перед неизбежным, от боли и страданий. Однако даже в Петербурге и Ленобласти до сих пор далеко не все медики знают, как и что делать, чтобы помочь умирающим

 

Как ни дико звучит, но паллиативная помощь как отдельная самостоятельная и крайне важная отрасль медицины получила полноценное признание всего несколько лет назад. До этого, несмотря на все усилия медиков, она воспринималась исключительно в ассоциации с хосписами, а последние ассоциировалась у пациентов с некой «умиральной ямой», причем только для онкологических больных.

Все хотят умереть дома, а умирают в стационаре

На самом деле паллиативная медицина многогранна и разнопланова и должна включать все виды, возможности и достижения современной науки для помощи тем, кому врачи уже бессильны помочь поправиться. Но даже в Санкт-Петербурге, который по праву может считаться родоначальником российской паллиативной медицины и где в 1990 году был открыт первый в России хоспис, сотни неизлечимо больных остаются один на один с болью и страхом. И если онкологическим пациентам и неизлечимо больным детям помогать научились и даже наркотические обезболивающие стали более доступны, то о страдающих тяжелыми неврологическими, кардиологическими, ревматологическими заболеваниями, умирающих от СПИДа и тяжелых болезней ЖКТ помнят только их лечащие врачи. Ну, и родные, конечно, которым, кстати, тоже надо помогать.

Паллиативная медицина многогранна и разнопланова и должна включать все виды, возможности и достижения современной науки для помощи тем, кому врачи уже бессильны помочь поправиться.

Петербургские и областные специалисты по паллиативной помощи и медики других специальностей собрались вместе за круглым столом, чтобы обсудить проблемы паллиативной медицины. Их оказалось столько, что сами медики, похоже, растерялись, а почти никто из профильных чиновников, которые, собственно, и должны отвечать за организацию здравоохранения, на мероприятие почему-то не пришел.

Врачи с «земли» рассказали, что даже многие их коллеги до сих пор пугают пациентов словом «хоспис» - при этом не зная, что делать с безнадежными, но неонкологическими больными. Большинство медиков на местах по-прежнему боятся выписывать умирающим наркотические анальгетики, и врачей приходится едва ли не силой подводить к заветным сейфам, уверяя, что санкций не будет. Еще участники мероприятия рассказали, что из-за отсутствия координации в оказании паллиативной помощи не онкологическим больным получается, что каждое медучреждение работает с такими пациентами как может, по-своему, не имея, в сущности, никакой системы. Но болезни-то у всех разные, причем более трети нуждающихся в паллиативной помощи - не раковые больные.

«Когда мы открылись в 2002 году, то первое время назывались хосписом, - рассказала заведующая паллиативным отделением Центра по профилактике и борьбе со СПИДом и инфекционными заболеваниями Ольга Леонова. - Но наши пациенты могут выживать, мы даем им этот шанс. Да, наши пациенты отличаются от всех прочих прогнозом, социальной ситуацией, возрастом - наши более молодые. Но у нас множество проблем. Наших пациентов нигде не хотят видеть. При этом ВИЧ-инфицированные в Петербурге - самые обихоженные из всех петербургских пациентов. Но и нам нужна паллиативная помощь. Врачи у нас есть, есть и психолог, и социальный работник, и койки есть, и своих больных мы на улицу не выкидываем, как делают многие. Но самое главное -  найти контакт с социальными службами. Когда пациент уже не нуждается ни в медицинской, ни в хосписной помощи, когда ему нужен только сестринский уход, то он остается беззащитен».

Врачи за круглым столом говорят страшные вещи

«Все знают, как помогать онкологическим больным в терминальной стадии, и это делается в Петербурге в последнее время. Но никто не знает, как умирают больные ХОБЛ (хроническая обструктивная болезнь легких), как тяжело уходят неврологические пациенты, больные тяжелым диабетом, гипертонией. Участковые врачи только разводят руками - они не знают, что такое паллиативная помощь таким людям. А ведь зачастую им нужен даже не врач, а медицинская сестра, способная и сделать укол, и обеспечить уход, и просто подержать за руку. Стереотипы, что хоспис и паллиатив - это только рак, очень сильны. Нужно объединение всех специальностей. Медсестер научить проблем нет, в колледжах паллиативная медицина сейчас включена как дисциплина. Но научить врача - проблема колоссальная: один цикл всего один раз в год. Поэтому они и шарахаются от слов “хоспис” и “паллиативная помощь”».

Медсестер научить проблем нет, в колледжах паллиативная медицина сейчас включена как дисциплина. Но научить врача - проблема колоссальная: один цикл всего один раз в год.

Медики говорят, что в Петербурге и Москве ситуация еще терпимая, а вот в регионах - вообще мрак. Местные власти идут даже на нарушение законодательства, лишь бы не иметь дело с паллиативной медициной.

«В регионах не создаются паллиативные койки для ВИЧ-инфицированных больных, хотя на этот счет есть целых два приказа. У нас не менее 6% от общего количества ВИЧ-инфицированных больных нуждаются в паллиативной, в том числе хосписной, помощи, но идти им некуда - в регионах коек попросту нет», - говорит Ольга Леонова.

Главный специалист по паллиативной помощи по Ленинградской области Нина Хмелева сказала, что в регионе в апреле открылся первый хоспис, в других районах Ленобласти есть отделения паллиативной помощи - какие-никакие, но есть. Но проблема в том, что нет соответствующего персонала.

«Приходят врачи, мы их обучаем, но потом они уезжают в Петербург или в другие места. Синдром выгорания в нашей отрасли очень силен, а при зарплате 17 тысяч вынести это не каждый способен. В городе за то же самое получают в разы больше. Кроме того, врачи до сих пор смертельно боятся выписывать наркотические анальгетики - “спасибо” бывшему Госнаркоконтролю. Вот я и мотаюсь почти ежедневно по районам, рассказываю коллегам, что облегчить страдания умирающих наркотиками - это нестрашно, сейчас за это уже не сядешь».

«Уходя, мы все будем бояться»

Этический момент в паллиативной медицине специалисты называют одним из важнейших. Зачастую бывает, когда больной умирает от одного только неосторожного слова медика. Этот же момент крайне важен и для родственников больных.

Этический момент в паллиативной медицине специалисты называют одним из важнейших. Зачастую бывает, когда больной умирает от одного только неосторожного слова медика.

«У нас смерть признается как поражение, и, сколько ни готовь родственников, ни объясняй им, что в ряде случаев медицина бессильна, все равно родные просят, требуют, ругают нас. Отрицание неизбежного очень сильно, пациенты и их родные ходят по кругу. Одно слово “хоспис” многими воспринимается как смерть прямо завтра, а отправление туда - как предательство», - говорят специалисты.

Пожалуй, мало какие жалобы воспринимаются столь болезненно, как жалобы от пациентов паллиативной медицины и их родственников. Кстати, 85% всех жалоб в комитет по здравоохранению - это жалобы на нарушение врачебной этики.

«Доставили больную, которая вполне могла бы еще прожить и полгода, и год. И кто-то из медсестер, застилая ей кровать, заметил: “Вот сюда ляжете, как раз вчера коечка освободилась, женщина с таким же диагнозом скончалась”. И через несколько часов пациентки нет», - рассказывают врачи.

Но и медиков понять можно: каждый день держать за руку умирающих и при этом улыбаться под силу не всем. Молоденьким медсестрам даже читают специальный курс про то, как справляться с эмоциональным выгоранием. Например, советуют периодически менять вид деятельности, а ежедневный стресс ни в коем случае не заедать и не запивать. Однако на вопрос каких-то заезжих психологов, что в данный момент читают медсестры отделения хосписа, те ответили: «Волка и семерых козлят». Потому что есть дети и внуки и есть эта книжка, а вот на поход в театр, как советуют психологи, уже денег нет.

Каждый день держать за руку умирающих и при этом улыбаться под силу не всем. Молоденьким медсестрам даже читают специальный курс про то, как справляться с эмоциональным выгоранием.

«Да, эти проблемы существуют и у врачей, и у медсестер. Мы хотим пересмотреть с Москвой несколько приказов, чтобы на каждого врача приходилось не 20, а 12 пациентов. Создаем мобильные бригады для помощи паллиативным ВИЧ-инфицированным на дому, надеюсь, в сентябре они уже заработают. Но надо понимать, что если для онкобольных паллиативная помощь - это фактически все, то для наших пациентов и для других пациентов это еще и шанс выжить. Давайте будем гуманными и дадим им это шанс», - сказала Ольга Леонова.

Медики вспомнили о больных деменцией и болезнью Альцгеймера, о страдающих воспалительными заболеваниями кишечника, пациентах ревмоцентра - там ведь тоже есть безнадежно больные, и им тоже где-то надо помогать в последние дни их жизни.

Обещают, что к 2020 году в регионах России должны появиться 14,5 тысячи коек для пациентов, уходящих из жизни. В Санкт-Петербурге сейчас онкологические больные могут получить паллиативную помощь в восьми медицинских организациях (250 коек). Кроме того, в городе действуют 23 выездные бригады службы «хоспис» для помощи на дому взрослым пациентам и одна детская бригада.

В конце 2016 года в Максимилиановской больнице открыто отделение ПМП на 15 коек для пациентов с вегетативными состояниями, увеличено количество коек в отделении паллиативной помощи в Городской больнице Иоанна Кронштадтского. В связи с увеличением общей численности населения города и доли лиц пожилого возраста в ближайшее время планируется увеличить количество коек в городских стационарах до 430.

Как сообщили ОК-информ в комитете по здравоохранению, разрабатывается маршрутизация пациентов с неонкологическими заболеваниями, планируется организация выездной патронажной службы для такой категории больных. Очень медленно, но увеличивается количество коек сестринского ухода. Однако, как по секрету шепнули врачи, если где-то прибывает - откуда-то и убывает. Например, если ВИЧ-пациенты при всех своих проблемах считаются «самыми обихоженными», то в одном из детских хосписов, говорят, элементарно не хватает мебели и посуды.

Дождаться светлого завтра смогут не все, и уходящие сейчас имеют право сделать это достойно. Как мудро заметила преподаватель кафедры сестринского дела СЗ ГМУ им. И.И. Мечникова Лариса Лавут, «уходя, мы все будем бояться. И покрывало должно защищать от страха перед неизбежным».

 


источник :  ok-inform.ru

вернуться в раздел новостей