§

Новости

«Его мёртвого били током?»: врачей обвиняют в смерти мальчика в детском лагере под Волгоградом
10 Октября 2018 г.

12-летний Саша Бочков, увлекавшийся боксом, неожиданно упал в обморок и скончался, не приходя в сознание, 22 июня 2018 года во время зарядки в детском оздоровительном лагере «Чайка» Среднеахтубинского района Волгоградской области. Спустя три месяца после трагедии Следственный комитет возбудил уголовное дело после получения результатов гистологии судебно-медицинской экспертизы, шокировавшей родителей ребёнка.

 

Уголовное дело возбудили спустя три месяца после гибели подростка

— После трагедии никакого дела не возбуждали. Во второй половине сентября нас с мужем пригласили на личный приём вместе с адвокатом к заместителю главы регионального Следственного комитета Дмитрию Костину, — рассказала мама мальчика Анастасия Бочкова. — По итогам этой встречи возбудили уголовное дело по статье «Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей» в отношении врача-невролога 8-й больницы Андрея Бакушина, где мой сын обследовался после первого обморока, случившегося на уроке физкультуры в школе. Это было в мае.

За месяц до трагедии увлекавшийся боксом Саша Бочков неожиданно потерял сознание на уроке физкультуры. Родители настояли на обследовании ребёнка в 8-й больнице.

— Я ходила за врачом и говорила, что у нас киста, и просила назначить МРТ. Просила проверить текущее состояние кисты. Но врач говорил, что МРТ ему не нужна, и настаивал сделать только электроэнцефалограмму, чтобы проверить активность мозга, и больше ничего, — недоумевает мама мальчика. — Ребёнок попал в больницу, потому что потерял сознание, но мои просьбы врач игнорировал. Скорее всего, в кисте скопилась жидкость, она лопнула, и всё... Она привела к отёку мозгу. А Сашу выписали с формулировкой, что у него было переутомление.

Поведение медиков родителей Саши Бочкова удивило.

— Следователи пообещали проверить 8-ю больницу, где он лежал. И больше всего поразило, что нам предложили подать иск на возмещение морального ущерба. Какой иск? Мы не будем этого делать. Просто страшно, что вместе с моим ребёнком в это медучреждение поступили одновременно 13 детей, — говорит Анастасия Бочкова.

— И я надеюсь, что у остальных было реальное «переутомление», как нам написали при выписке. Мне звонили, и оказывается, наш лечащий врач и главврач заявили следствию, что это я написала ходатайство в больницу, чтобы моего сына выписали раньше срока, и из-за этого якобы в больнице не успели сделать все необходимые анализы. Но нас даже не продержали в больнице положенные 14 дней. Я потребовала предъявить такое заявление. Ведь у меня только выписка на руках. Я что больная, забирать ребёнка из больницы раньше времени, тем более который занимается спортом и активный?

Для семьи Бочковых остаётся вопросом, когда скончался их сын.

— Следователь также зафиксировал некоторые нестыковки. Большой вопрос к среднеахтубинской больнице, врачи которой приехали на вызов без необходимого оборудования, — говорит мама Саши Бочкова. — Многие знакомые медики говорят, что сына можно было спасти. Судмедэкспертиза показала, что роковой обморок мог случиться даже за компьютером. Но проводивший исследование уточнил, что при отёке мозга, который установила экспертиза, люди умирают в течение шести минут. А в ЦРБ Среднеахтубинского района написали, что его привезли в состоянии клинической смерти в 9:25.

Приступ во время подтягивания на турнике у мальчика случился за полтора часа до госпитализации.

— Может медики прикрывают что-то. Потому что, если я узнаю, что они подключали дефибриллятор к телу мёртвого ребёнка, как это написано в их отчётах, это будет за границей понимания любой человечности, — поделилась Анастасия Бочкова. — Судмедэксперт уверяет, что мой сын скончался за шесть минут, и спасти его не могли. А медики пишут, что он был жив в больнице. Они ехали в лагерь 50 минут, потом примерно столько же везли Сашу в ЦРБ. И зачем всё это было делать? Те же тренера могли бы довести его быстрее на своей машине.

По представленным бумагам мама склонна верить судмедэкспертам, а не врачам.

— Понятно, что судмедэксперт смотрит уже по факту. И точно известно, что у Саши произошло отмирание клеток головного мозга. Будут назначены дополнительные экспертизы. Ведь не ясно — умер он за шесть минут или за полтора часа, — сообщила мама мальчика. — Даже следователи говорят, что лучшие врачи — это медэксперты, но только к ним попадаешь слишком поздно.

Оставшаяся без сына женщина хочет избавить волгоградцев от врачебных ошибок.

— Очень хочется, чтобы учреждение досконально проверили. Не дай бог, они также лечили других детишек, — делится Анастасия Бочкова. — Статью могут в ходе расследования переквалифицировать на халатность, но больше всего я хочу проверить больницу. Я сомневаюсь, что они кому-то реально помогали. Для меня это шок.

Родители Саши Бочкова надеются на следователей.

— К лагерю и тренерам претензий нет. Детская поликлиника взяла анализы, сделала ЭКГ и отпустила сына в лагерь. В самом лагере он пробыл меньше суток, — говорит мама, потерявшая ребёнка. — Претензии к врачу, который выписал ребёнка, не проведя обследования. Выписал его после глубокого обморока с диагнозом «переутомление». Почему он не исследовал кисту?! Зачем врачи Среднеахтубинской больницы приезжали «пустые»? Тренера бы оказались на своей машине в больнице, если бы сказали срочно ехать, через 20 минут. Никто не сказал: «Везите его срочно». Где эти хвалёные реанимобили и вертолёты? Всё только в кино?

Алексей Серебряков