§

Новости

"Бегом на аборт" - жительница Хакасии рассказала прокурору как лишилась младенца
28 Октября 2020 г.

Жительница Усть-Абаканского района Хакасии Раиса Борисова обратилась к исполняющему обязанности прокурора Хакасии Денису Стонту с просьбой разобраться в деле о смерти ее ребенка. Женщина уверена, что младенец умер по вине врачей. 

 

Трагедия произошла минувшей весной, однако обратиться в правоохранительные органы Раиса решила только сейчас. Молодая женщина подробно описала все случившееся с ней в обращении к прокурору, которое также решила придать огласке. Публичность в данном случае - залог того, что обращение не останется без внимания, уверена жительница Усть-Абаканского района.

В тексте документа говорится следующее: 

"12 февраля 2020 года на сроке 19 недель я была поставлена на учет по беременности в женскую консультацию поселка Усть-Абакан. Далее, в период с 12 февраля по 27 марта, я делала УЗИ, которое показало порок сердца у ребенка. Никаких анализов и дополнительных обследований назначено не было. Хотя у меня имеются проблемы с позвоночником, из-за которых я не могла физически регулярно посещать консультацию, из-за нестерпимых болей иной раз даже вызывала скорую помощь. Но лечащий врач игнорировала мои жалобы и отвечала тем, что в первую очередь нужно понять, что происходит с моим малышом.

Вечером 29 апреля приблизительно в 22:30 я почувствовала тупую боль, подтекание вод (как при схватках). Вызвала скорую помощь. Машина приехала около часа ночи, приблизительно в 00:40 я была в приемном отделении перинатального центра. В силу обстоятельств я не знаю как зовут врача-акушера, который меня принял. Посмотрев на акушерском кресле и сделав тест на излитие околоплодных вод, она заявила что это не схватки, и воды еще не отошли. Тем не менее я согласилась на госпитализацию, так как боль внизу живота не утихала, и меня проводили в отделение патологии. Далее этим врачом была назначена терапия медикаментами и КТГ.

Поставили укол дексаметазона в/м, после хотели поставить укол но-шпы, но я отказалась, так как стала плохо себя чувствовать. Отправили в палату для проведения токолитической терапии, дабы предотвратить преждевременные роды. Но я отказалась, так как не могла шевелиться, очень сильно болели низ живота и спина. Все еще надеялась, что, возможно, меня прооперируют, так как говорила врачу, что шевеления ребенка прекратились еще до приезда в больницу. На что врач мне ответила, что, скорее всего, ребенок спит. 

Утром 30 апреля пришла врач и, по результату КТГ были выявлены отклонения. Сердце, видимо, уже не билось у малыша. Врач сказала мне вставать и идти в кабинет УЗИ. Туда же подошла и заведующая гинекологическим отделением. Не успела я дойти до поста старшей медсестры, как ощутила наружное кровотечение. Дошла до кабинета УЗИ и сказала, что у меня открылось кровотечение. Заведующая сказала: " Бегом на аборт!"

Далее - операционный стол, кесарево сечение, тяжелое состояние, сопровождающееся обильной кровопотерей. Дважды делали переливание крови. Диагноз - преждевременная отслойка плаценты и антенатальная гибель плода. После выписки из роддома, я забрала тело малыша, 12 мая были похороны. 

У меня есть все основания полагать, что гибель ребенка напрямую связана с тем, что врач, принявший меня в ту злополучную ночь, неверно поставил диагноз. Свою позицию я аргументирую следующими факторами: я человек, не обладающий спецпознаниями в медицине, но проштудировав медицинские протоколы Минздрава РФ, выяснила, что дексаметазон и токолитическая терапия назначаются в том случае, когда имеется угроза преждевременных родов. Но перед тем, как назначается данный препарат, необходимо исключить ПОНРП (преждевременная отслойка нормально расположенной плаценты). Из этого следует, что небрежное действие врача, поверхностные осмотры привели к неправильной постановке диагноза, без применения необходимых анализов и других современных диагностических методов. В моем случае не было проведено УЗИ при поступлении в отделение.

На основании всего вышеизложенного полагаю, что гибель ребенка находится в прямой причинно-следственной связи с действиями врача, так как наступивший вред обусловлен нарушениями обязательных требований: допущены недостатки в диагностике, наблюдении и оказании медпомощи, а именно не были приняты дополнительные меры для оценки внутриутробного состояния плода и своевременного оперативного родоразрешения. Также мне отказали в выдаче протокола вскрытия, ссылаясь на то, что данный документ выдается в роддоме, что является полным абсурдом. Остается полагать, что данный документ так или иначе может подтвердить врачебную ошибку. Именно поэтому я получила отказ.

Позже я обращалась в панатомию для получения контактных данных патологоанатома, чтобы спросить о причине смерти малыша. Мне перезвонили и сказали, что произошла асфиксия плода. На мой вопрос, были ли обнаружены какие-либо дефекты в сердце (позволю себе напомнить, по результатам УЗИ у сына были пороки на сердце), патологоанатом ответил, что никаких повреждений ни внешних, ни внутренних не было. Данный факт также является странным, если учитывать результаты УЗИ", - пишет Раиса Борисова. 

На основании изложенного Борисова попросила республиканскую прокуратуру провести соответствующую проверку.

 


источник :  19rus.info