Когда 60-летний Андрей Федотов говорит об Ольге, его глаза становятся влажными, а голос дрожит. Вспоминая о супруге, суровый и крепкий мужчина едва сдерживается, чтобы не зарыдать. В январе 2026 года Андрей потерял жену, с которой прожил вместе 42 года.Он уверен: в смерти его 60-летней супруги виноваты врачи больницы имени Семашко в Ярославле, которые проглядели у нее аппендицит. Теперь Андрей пытается добиться справедливости и наказать причастных, но в ответ получает лишь сухие отписки.
«Всё пережили, а аппендицит не пережили»
Андрей и Ольга из Ярославля поженились в 1983 году, когда обоим было по 17 лет. Их историю можно назвать любовью с первого взгляда, которая с годами только крепла. Вместе они воспитали дочь и сына, построили дом. Когда Ольге исполнилось 50, она вышла на пенсию, но продолжала работать. В 2024 году решила полностью посвятить себя семье и уволилась. В августе 2025 года Ольга отпраздновала 60-летний юбилей в кругу родных и друзей.
«Мы с ней всё пережили, а аппендицит не пережили», — говорит Андрей.
«Мы ничего не нашли, пишите отказ от госпитализации»
Ольга была активной — старалась часто видеться с внуками, баловала домашних вкусной готовкой.
В 2025 году она попала в больницу с гепатитом. Лечение в стационаре и жизнь на препаратах после выписки засели в памяти болезненным опытом. Поэтому, когда 4 января 2026 года у нее сильно заболел живот, вызывать скорую Ольга не спешила. Перспектива попасть в стационар в праздники не радовала. Однако утром 5 января ей стало хуже. Муж настаивал на скорой.
«Меня срочно вызвали на работу. Я позвонил дочке, чтобы она пришла посмотреть за ней. В 12 часов дочка позвонила и сказала, что они вызвали скорую. Примерно в час она сказала, что Олю привезли в больницу имени Семашко. Я свою работу уже закончил, знакомый отвез меня к ним», — рассказал Андрей Федотов.
К тому моменту Ольге стало хуже. Она едва ходила, согнувшись, держалась за живот. Когда Андрей приехал, супругу увезли на обследование в отдел гинекологии. Врач сказал ему, что все анализы собраны и через пару часов будет понятен диагноз.
Андрей съездил за вещами домой, когда вернулся, Ольга была в приемном покое.
«Примерно в четыре часа ко мне вышел врач. Сказал: „Мы у вас ничего не нашли, пишите отказ от госпитализации. И будете лечиться планово в терапии“. Я потребовал у него сделать ей УЗИ. Он ответил, что сегодня отправил много людей на УЗИ, и специалист будет его шибко ругать за это. Но все-таки выписал направление», — рассказал Андрей.
Ольгу посадили на каталку. Ходить она уже не могла. По словам Андрея, специалист по УЗИ пригласил их в кабинет через 20 минут.
«Он предложил ей прилечь, задрать одежду, и начал делать свои манипуляции. Минуты через три спросил у меня: „Что с печенью? У нее печень подпрыгивает“. Я сказал, что она лежала в больнице с гепатитом, и мы год его лечим. Сказал, какие лекарства она принимает. Он ответил, что такие лекарства нельзя пить на постоянной основе, они курсовые. Посоветовал найти в интернете рецепт отвара овса и лечиться овсом. Дал нам свои результаты и отправил вниз», — рассказал Андрей.
Там пару вновь встретил дежурный врач. Андрей вспоминает, что, по словам медика, у его жены в крови были завышенные показатели лейкоцитов и эритроцитов.
«Это, говорит, какое-то внутреннее воспаление. Направляем вас в урологию на обследование», — рассказал Андрей.
«Она там кричала»
Скорую, по словам Андрея, пришлось ждать около получаса. Ольгу отвезли в отделение урологии 9-й больницы на Тутаевском шоссе. Там приняли быстро, провели обследование, но Андрея в кабинет не пустили.
«Она жаловалась, что перед этим ей в гинекологии очень сильно намяли живот. Она там кричала, на кресло ей помогали залезть врачи. Тем не менее, они определили, что она не их пациент. В урологии врачи меня подозвали и просто по-человечески сказали: „Мы не понимаем, зачем ее сюда привезли. Почечки у нее маленькие, к ним никаких претензий нет. Сейчас мы твоим хирургам все напишем“, — рассказал Андрей.
После этого вновь вызвали бригаду скорой, и Ольгу увезли обратно в больницу имени Семашко. Андрей рассказал, что дежурный врач снова пытался убедить пару написать отказ от госпитализации и после праздников планово сходить к терапевту. Но, увидев заключение урологов, изменил решение.
«Он сказал: „Все меняется. Мы ее кладем с подозрением на аппендицит“. Где-то в десять часов я отвез ее на второй этаж в палату. Так закончилось у нас 5 января», — рассказал Андрей.
Утром 6 января Андрей с Ольгой созвонились. Ее осмотрел врач.
«Сказала: „Наверное, будут резать“. Потом в два часа мы с ней созваниваемся, и она в разговоре со мной стала захлебываться рвотой. Я ей кричу: „Олечка, беги к врачам“, — на этом моменте своего рассказа голос Андрея надломился, он выдохнул и заплакал.
Насколько известно Андрею, супругу в больнице лечили от панкреатита. Операцию по удалению аппендицита ей не проводили.
Панкреатит — это воспаление поджелудочной железы, при котором нарушается отток ее пищеварительных ферментов, вызывая ее «самопереваривание». Симптомы: острая опоясывающая боль в верхней части живота, тошнота, многократная рвота, метеоризм, диарея или запор. Также может подняться температура, участиться сердцебиение, пожелтеть кожа.
«Сказали, что она очень много пьет»
Около трех часов дня 6 января Андрею позвонила дочь и сказала, что не может дозвониться до Ольги. Вместе они поехали в больницу. На вахте им объяснили, что Ольгу перевели в отделение реанимации. У входа курили медсестры. Они посоветовали Андрею привезти жене пеленки, подгузники и влажные салфетки. Объяснили, что увидеться с супругой у него не получится.
«На следующее утро, 7 января, мы все привезли. И воду. Сказали, что она очень много пьет. Мы привезли три полторашки воды. Я звонил в хирургию, спрашивал об ее состоянии. Сказали, — тяжелое. Спросил о диагнозе — мне его не назвали. Ответили: „Это к хирургам“. Хирургам сколько я ни звонил, не дозвонился по телефону, который мне дали в приемном покое», — рассказал Андрей Федотов.
С тех пор Андрей каждый день утром и вечером звонил в отделение реанимации и спрашивал о состоянии жены. Ответ был один: тяжелое. Три дня он привозил воду и передавал ее Ольге через медсестер. Утром 10 января ему сказали, что ничего привозить не нужно. Вечером 11 января врач сообщил, что состояние Ольги ухудшилось, она была практически без сознания.
«Заведующий побелел, как сметана»
Андрей обзвонил детей, рассказал им о случившемся. Вместе они поехали в больницу — получать справку о смерти и забрать вещи Ольги.
14 января прошли похороны. Андрей с сыном договорились на следующий день вновь съездить на кладбище, а затем в больницу.
«Когда заведующий нас увидел, побелел, как сметана. У него губа затряслась. Я сказал ему, что хотел бы ознакомиться с историей болезни жены. Я уже 13 января думал, что можно сделать, обратился за помощью к искусственному интеллекту. Он составил мне инструкцию, которой я следовал. Нужно было взять историю болезни, изучить протокол вскрытия», — рассказал Андрей.
Заведующий отделением сказал, что ему нужна консультация с юристами по поводу того, можно ли показать Андрею историю болезни его жены. На тот момент у мужа Ольги уже был протокол вскрытия, в котором было указано, что она умерла от аппендицита.
«Он начал оправдываться, говорить, что эти диагнозы отличить невозможно. На мой прямой вопрос о том, умерла ли Оля не от той болезни, от которой ее лечили, он ответил, да», — рассказал Андрей.
В распоряжении редакции 76.RU имеется копия патолого-анатомического вскрытия Ольги Федотовой. Непосредственной причиной смерти указан эндотоксический шок. Промежуточная причина смерти — острый перитонит. Первоначальная причина смерти — острый аппендицит с перитонитом.
Что такое эндотоксический шок
Эндотоксический шок — это критическое, угрожающее жизни состояние, вид септического шока. Развивается, когда в системный кровоток попадают эндотоксины, запускающие воспалительную реакцию. Вызывает острую сосудистую недостаточность и нарушение в работе двух и более систем органов.
У человека резко падает давление, возникает учащенное сердцебиение, конечности становятся холодными из-за нарушения кровообращения. Возникает одышка, спутанность сознания, головокружение или бред.
В итоговом заключении после вскрытия сказано следующее: «У пожилой женщины развился острый флегмонозно-язвенный аппендицит (первоначальная причина смерти), осложнившийся перфорацией стенки аппендикса и острым гнойным перитонитом с нарастающей интоксикацией организма, что и стало непосредственной причиной смерти.
Неблагоприятному исходу способствовал мелкоузловой цирроз печени. Имеет место расхождение заключительного клинического и патологоанатомического диагнозов. При этом, учитывая, что постановка правильного диагноза была возможна, но диагностическая ошибка, возникшая по объективным причинам (тяжелое состояние больной, а также атипичность клинических проявлений основного заболевания и его осложнений), не повлияла на исход заболевания».
Категория расхождения диагнозов оценена как вторая. Это значит, что ошибка в постановке диагноза не повлияла на исход заболевания — пациент скончался от других причин.
«К нам отнеслись как к ненужным пациентам»
Андрея с сыном отправили в администрацию, где они написали заявление на выдачу копии истории болезни. Документы, по словам мужчины, они получили через месяц.
«Изучив историю болезни, я написал письмо главврачу, описав все безобразия, которые с нами происходили. О том, что к нам отнеслись как к ненужным пациентам», — сказал Андрей.
