Семья двухлетней Вероники Куминовой потребовала с больницы города Костомукша в Карелии, где погибла малышка, 50 миллионов рублей в качестве компенсации морального вреда. Интересы семьи в суде представляет медицинский юрист из Екатеринбурга Юлия Липинская.
 

Она рассказала E1.RU, что из запрошенной суммы по 20 миллионов рублей должны получить родители девочки и по 5 миллионов — ее родные брат и сестра.

«Сумма, заявленная в исковом заявлении, очень большая для такого субъекта. Благо, территориальность не может влиять на общую практику, которая имеется. Нами представлено достаточно доказательств и еще будут представлены в обоснование суммы в 50 миллионов рублей. Судебная практика с моим участием неоднократно показывала, что взыскание подобных сумм — реально», — прокомментировала Юлия Липинская.

Напомним, девочка, которой было всего два года и восемь месяцев, умерла через десять часов после госпитализации. Врачи недооценили сложность случая, неверно поставили диагноз и обещали взять анализы лишь на следующий день, который для маленькой пациентки так и не наступил. Всё это время многодетные родители Виктория и Евгений буквально умоляли медиков спасти ребенка.

Маленькую пациентку с температурой выше 39 градусов, кашлем и затрудненным дыханием доставили на скорой в больницу вечером 13 февраля. Когда отец на коленях просил главврача сделать хоть что-то, малышка уже была мертва, и ее даже не пытались реанимировать.

Это доказала судебная экспертиза. Эксперты проанализировали кровь, взятую у погибшей девочки. Там обнаружили только два препарата — анальгин и преднизолон. Других лекарств, а также адреналина, которым реанимируют в случае остановки сердца, обнаружено не было.

Неоднократные проверки, которые уже прошли в больнице, подтвердили, что медики допустили множество нарушений во время лечения малышки. По данным регионального Минздрава, пациентке не была оказана неотложная помощь, не был установлен предварительный диагноз и отсутствовало лечение, способствующее стабилизации, не в полном объеме были проведены реанимационные мероприятия, а при сердечно-легочной реанимации отсутствовал дефибриллятор.

После того как девочка скончалась, ее тело двое суток находилось в клинике, и его не передавали на вскрытие в морг. За это время в электронную медицинскую карту многократно вносили изменения о ходе лечения и диагнозе ребенка.

Через несколько дней родители получили медицинское свидетельство о смерти дочери. Они надеялись выяснить, от чего она умерла, но в документе патологоанатом после вскрытия указал: «Причина смерти неуточненная».

В результатах проверки Минздрава был указан диагноз, установленный по результатам патологоанатомического исследования, — гнойный бронхит, двусторонняя бронхопневмония, спленомегалия.

Специалисты Росздравнадзора выяснили диагноз малышки. Изначально он был неверно поставлен, в медкарте Вероники указывали острый ларинготрахеит, стеноз гортани 1–2-й степени. Эксперты, изучив документы, сообщили, что правильный диагноз, согласно клинической картине, — острый обструктивный ларингит (круп тяжелой степени). Это опасное осложнение ОРВИ у детей (чаще 1–3 лет), вызванное отеком и спазмом гортани, что сужает дыхательные пути.

В Следственном комитете в связи со смертью ребенка расследуют уголовное дело по статье 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности), однако родители малышки и их юрист публично обратились к Александру Бастрыкину с просьбой возбудить уголовное дело по статье «Халатность» в отношении экс-главврача Алексеевой.