Новости

«Лучше бы сразу на смерть!»: дочь погибшей в ДТП женщины обвиняет врачей в равнодушии

В глазах Маргариты Соколовой из Ульяновска застыла не просто скорбь, а глубокая, изматывающая боль. Потеря матери, Галины Григорьевны, стала раной, которая не заживает месяцами. Время, которое должно было бы принести облегчение, оказалось бессильным, ведь к острой тоске примешивается мучительное ощущение несправедливости, делая эту утрату еще более невыносимой.
 

Все началось с того, что Галину Григорьевну сбил автомобиль. Затем развернулась цепь ужасных событий, каждое из которых – крик о халатности и равнодушии.

ДТП и три реанимации

— Расскажите, что произошло с вашей мамой?

— Это случилось 24 октября прошлого года в Димитровграде. Мама шла по пешеходному переходу на зеленый свет светофора. Водитель «Тойоты Аурис», Наталья, поворачивала налево и не уступила дорогу. Она не просто сбила маму, она ее переехала. Есть видеозапись, которая это подтверждает, где все отчетливо видно. Мама получила чудовищные травмы: сильный удар головы, в результате которого образовалась огромная шишка; ее нога была вывернута под прямым углом.

— Что было дальше?

— Водитель остановилась, пыталась поднять маму и посадить в машину, но не смогла. Остановились другие водители, они помогли это сделать. Однако, как известно, при таких травмах трогать пострадавшего нельзя — это может только усугубить ситуацию. Мама говорила, что ей было невыносимо больно. Затем приехали скорая помощь и ДПС. И тут произошло самое страшное — водитель просто уехала. Исчезла. С тех пор она ни разу не поинтересовалась, как мама, что с ней.

— Какие травмы получила ваша мама?

— В больнице ФГБУ ФНКЦРиО ФМБА России в Димитровграде ей поставили диагноз: закрытый оскольчатый внутрисуставный перелом мыщелков правой большеберцовой кости со смещением отломков и ушиб мягких тканей головы. Мама жаловалась на сильные боли. Спустя менее месяца, 23 ноября, мама скончалась в больнице.

— Как это произошло?

— Первые пару недель нас пускали к ней, затем приходилось ее искать. Нам никто не звонил, не сообщал, что происходит! Мы ее разыскивали по всей больнице... За этот неполный месяц мама перенесла операцию на ноге, две операции на внутренних органах, две реанимации, переливание крови. Третья реанимация стала для нее последней.

И это при том, что у нее были явные признаки сотрясения мозга — тошнота, рвота, головные боли, она вообще не могла есть! Врачи на это не обращали внимания. Как и на жалобы после операции на ноге.

На второй неделе пребывания в клинике образовалась огромная гематома, но и ее никто не «заметил». На наш вопрос, что делать, ответ был: «Ничего!». Гематома была от бедра до колена и представляла собой глубокую рану, до мяса. Смотреть на это было страшно.

Сгниет заживо

— Расскажите более подробно о лечении Галины Григорьевны?

— После хирургического отделения и реанимаций маму отправили в терапевтическое отделение. Терапевтическое! Хотя ей нужна была срочная помощь хирурга и травматолога ! Даже средний медперсонал нас «потихоньку» предупреждал: «Не отдавайте её туда, она там сгниёт заживо!». Мама тоже так говорила! Но нас никто не слушал и не спрашивал! Мы просили об особом уходе, оплачиваемом, но нам отказали. К сожалению, слова медсестер оказались пророческими. Мама там действительно угасла.

— Вы говорите, что маму «прятали»?

— Мы постоянно искали ее. Ее переводили из одного отделения в другое — везли по холодной улице на каталке: травматология, хирургия, терапия и обратно; никакой информации не давали. Потом стало ясно: нас просто не хотели пускать к ней.

22 октября мы с мужем поехали в больницу, чтобы забрать маму для реабилитации. На полпути нас развернули: она снова оказалась в реанимации. На следующее утро мы позвонили в реанимацию, чтобы узнать о состоянии мамы. Нам ответили, что ночью ей вырезали почку. Почку! Какую почку? На вопрос, как она себя чувствует сейчас, ответили: «Пока не ясно». После обеда я позвонила снова, но хирург не смог найти такую пациентку. Я была в шоке! Как это возможно: утром говорят о вырезанной почке, а теперь ее не могут найти ? Когда я напомнила про почку, он просмотрел документы и сообщил, что мама умерла в 1:49 ночи! То есть нам даже о её смерти не сообщили! Это просто немыслимо...

— Вы говорите о врачебной ошибке?

— Я не говорю о халатности или врачебной ошибке! Я говорю о неисполнении врачебного долга! Я ни в коем случае не говорю за всех представителей этой уважаемой профессии, но в случае с мамой — это критично! Как можно было «лечить» только ногу и не провести полное обследование? Как можно было не обратить внимание на то, что мама не могла есть? Как не сделать полное обследование после ДТП? Откуда взялись две дополнительные операции и три реанимации?

Знаете, что мама сказала мне после проведенных нескольких дней в больнице? «Лучше бы сразу на смерть!».

— Вы встречались с главным хирургом больницы ?

— Да, я настояла на встрече. Он обещал провести внутреннее расследование. Говорил, что это уже не первый случай. Это меня и поразило больше всего — не первый! Значит, врачи знают, что что-то идёт не так, но продолжают работать так же?

Главный хирург обещал разобраться, установить причину смерти. По моей просьбе позвонил патологоанатому, тот сказал, что все мамины «болезни» были совместимы с жизнью.

Обесцененная жизнь

— Вы упомянули, что хотите переквалифицировать вину водителя. Почему?

— Не водителя, а виновницы ДТП! Нам предстоит суд, но есть большая вероятность, что из-за заключения экспертов, которые посчитали, что маме был причинен всего лишь средний вред здоровью, дело будет рассматриваться как административное нарушение. В таком случае водитель может отделаться штрафом.

— Расскажите подробнее о судебно-медицинской экспертизе. Она затянулась?

— Экспертизу назначили в январе, обещали провести в течение месяца. А получили мы ее только в середине июня! Экспертиза «установила», что у мамы были перелом и ушиб. Это правда. Но дальше…

Они пишут, что повреждения могли образоваться «незадолго до обращения за медицинской помощью». Как это возможно? По их мнению, может, она сама себе эти травмы нанесла 23-го или 24-го числа? Это абсурд!

Самое циничное — они не смогли определить степень тяжести вреда здоровью, потому что мама умерла: «В связи с наступлением смерти». То есть, если бы она выжила, она бы однозначно стала инвалидом, но поскольку она умерла, степень тяжести определить невозможно? Кроме того они пишут, что при «неосложненном течении» такое повреждение вызывает «длительное расстройство здоровья», что является квалифицирующим признаком «средней тяжести вреда здоровью». Средней тяжести! Моя мама умерла от «средней тяжести» здоровья?! Я не могу этого принять.

Я не могу смириться с тем, что жизнь мамы обесценили. Я буду бороться за правду, за справедливость. За память о моей маме.

Фото предоставлены героиней публикации

Ирина Ермолаева