Новости

Врачебный торг: количество претензий к больнице растет

Пациенты заявляют об осложнениях после операций и оспаривают стоимость лечения, но суды в таких делах чаще поддерживают медицинские организации, отмечают эксперты.
 

Как минимум три человека обратились в Росздравнадзор в связи с некачественным лечением в больнице, а еще семеро пытаются решить спор через суд, выяснили «Известия». Среди претензий — возможные последствия операций, качество медицинской помощи и многомиллионные счета за вмешательства, которые, по мнению истцов, проводились в экстренном порядке и не должны оплачиваться. Редакция разбиралась, почему пациентам частных клиник сложно оспорить стоимость лечения, даже когда речь идет о спасении жизни.

Какие суды идут

В 2026 году в Росздравнадзор поступило три обращения в связи с лечением в  больнице, сообщили «Известиям» в ведомстве.

«Одно по профилям «отоларингология» и «хирургия» сейчас находится на рассмотрении. Еще два касались оказания платных медицинских услуг. Одно из них по профилю «хирургия» направлено в медицинскую организацию для проведения внутренней проверки безопасности медицинской деятельности», — уточнили там.

В Росздравнадзоре добавили, что держат ситуацию с оказанием медицинской помощи в учреждении на особом контроле.

Как минимум семь человек (среди которых пациенты и родственники тех, кто лечился в красногорской клинике) обратились в суд, выяснили «Известия». Ранее редакция рассказывала о деле предпринимателя Сергея Стихарева, который добился выплаты 10 млн рублей компенсации морального вреда и возврата стоимости лечения после смерти матери в клинике.

Сейчас в Красногорском городском суде зарегистрировано не менее четырех исков о защите прав потребителей, где больница выступает ответчиком. Один из них уже завершился мировым соглашением. Другой спор с клиникой рассматривается в Хорошевском районном суде Москвы, а в Свободненском горсуде Амурской области слушается дело о компенсации морального ущерба в связи с причинением вреда жизни и здоровью.

Суть претензий официально не раскрывается, но, как стало известно редакции, у одного из истцов в Ильинской больнице после проведенного лечения скончался отец, у другого — мать. Предположительно, два иска связаны с подозрениями на некачественное лечение детей.

Еще одно заявление о защите прав потребителей поступило в Тушинский районный суд, однако сейчас оно оставлено без движения.

«Известия» связались с некоторыми истцами, но они отказались давать комментарии до тех пор, пока не завершатся судебные разбирательства. Однако редакции удалось поговорить с двумя пациентками клиники, которые пока в суд не обращались. Обе наблюдались у одного отоларинголога в больнице. По словам собеседниц, после операций, которые они делать не планировали, их самочувствие резко ухудшилось, а затем появился синдром пустого носа — редкое хроническое состояние, которое может возникнуть после вмешательств на носовых раковинах при удалении значительной части ткани.

Так, Марина рассказала «Известиям», что обратилась в подмосковную больницу в декабре 2023-го в связи с выделениями из носа. В клинике ей диагностировали вазомоторный ринит — хронический насморк, не связанный с инфекцией или аллергией. В апреле 2024-го ей провели турбинопластику носовых раковин — операцию по их уменьшению для восстановления нормального дыхания.

«После операции заявленный терапевтический эффект (устранение белого отделяемого) достигнут не был, а сверх того возник новый симптом — сильный чих, чувствительность носа <…> и синдром пустого носа», — написала пациентка в жалобе в Росздравнадзор (есть у «Известий»).

Марина считает, что решение об операции приняли без полноценного обследования. Позже аллерголог Ильинской больницы и специалист другой клиники подтвердили у нее аллергию на пыль, пыльцу полыни и клещей домашней пыли.

«Сама операция не имела медицинских показаний, поскольку первоначальная жалоба — белое отделяемое из носа — относилась к компетенции аллерголога», — сказано в жалобе.

Сейчас женщина проходит лечение за свой счет и собирается ставить имплант в нос для устранения проблемы.

Другой же пациентке — Алине — требовалось удалить гланды. По ее словам, ЛОР-врач уговорила ее заодно провести операцию на носу, поскольку после перенесенного девушкой COVID-19 его начало периодически закладывать.

— Я согласилась, и после операции у меня начались одышка и тахикардия. Я два года выживала только с помощью ваты в носу, чтобы как-то дышать. Я ад пережила, — поделилась она с «Известиями».

Пациентка поехала в Южную Корею, где местный врач диагностировал у нее синдром пустого носа (документ есть у «Известий»). В итоге в другой российской больнице она вставила имплантаты, чтобы исправить ситуацию.

«Известия» обратились за комментарием к представителям больницы, однако на момент публикации ответа из клиники не получили.

Другие суды

Больница также выступает истцом как минимум в двух делах. «Известия» поговорили с одним из ответчиков — Ольгой Ивановой. В феврале 2024 года ее супругу Владимиру Луканову провели операцию по удалению опухоли в этой клинике. Однако через час после завершения манипуляции он потерял 3 л крови и впал в кому, рассказала она.

— Повторно мужа прооперировали на пятый день. Обнаружили некроз внутренних органов, удалили кишечник как тонкий, так и толстый. При этом мне пришлось оплачивать реанимацию — ежедневно по 200–250 тыс. рублей, — отметила она.

По словам Ольги, несмотря на лечение, Владимиру лучше не стало. У него начался сепсис. Не помог и перевод в другую больницу. Мужчина скончался через полгода после операции.

— Муж мог бы жить с этой опухолью. Хирург сказал, что операция несложная и он будет через десять дней играть в теннис, — добавила Ольга, отметив, что опухоль, как выяснилось, была доброкачественной.

С больницей она решила не судиться.

— Мне было точно не до того после смерти мужа. Его уже не вернуть. Те полгода, что после операции я была рядом с ним и видела, во что его превратили, для меня оказались очень сложными психологически, — добавила она.

Стоимость операции составила более 3,3 млн рублей, сообщил «Известиям» представитель семьи, юрист Михаил Куликов.

— Но операция пошла не по плану, АО «(И) больница» направляла запросы на пополнение депозита, в результате моим доверителем было перечислено 11,5 млн рублей, — добавил он.

Через год учреждение обратилось в суд, настаивая, что ей были оказаны услуги стоимостью более 17,5 млн рублей, и на этом основании потребовало взыскать с супруги умершего (как с поручителя, подписавшего договор) и его дочери (как наследника) более 7 млн рублей.

Адвокат считает, что существенную часть расходов нельзя взыскивать с семьи, поскольку эти услуги были оказаны в экстренном порядке.

«Медицинская помощь в экстренной форме оказывается медицинской организацией и медицинским работником гражданину безотлагательно и бесплатно. Отказ в ее оказании не допускается», — сказано в федеральном законе «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

В эпикризе (врачебном заключении), выданном больницей (есть у «Известий»), сказано, что Владимира повторно оперировали именно экстренно.

«Жизнеспасающим действием было удаление некротизированной кишки и выведение желчной, желудочной и панкреатической стом», — отмечено в документе.

Однако суды не согласились с доводами защиты, сославшись на заключенный договор по оказанию медицинских услуг. Согласно документу, пациент знал, что учреждение не оказывает бесплатную помощь, поэтому в случае наступления неблагоприятных последствий он принимает на себя всю ответственность.

Первую инстанцию семья Владимира Луканова проиграла — их обязали оплатить как основную задолженность в сумме более 6 млн рублей, так и часть пени — 700 тыс. рублей. Однако во время апелляции сумма долга снизилась до 4,5 млн рублей.

«В удовлетворении требований о взыскании неустойки, судебных расходов в размере, превышающем взысканный, отказать», — сказано в судебном решении.

Сторона защиты с приговором не согласна и планирует подать кассационную жалобу, подчеркнул адвокат.

Должны ли оказывать экстренную помощь бесплатно

Даже частные клиники не могут отказать пациенту в экстренной помощи или требовать оплату заранее, подчеркнула медицинский адвокат Ирина Гриценко. Такие расходы могут покрываться и через ОМС. Однако на практике пациент обычно подписывает уведомление о том, что знает о возможности получить лечение бесплатно, но выбирает платную услугу.

— Сейчас суды в основном считают, что такого документа достаточно, чтобы признать лечение платным. Поэтому они чаще приходят к выводу, что пациент должен оплатить расходы по договору, — сказала она.

При этом специалисты неоднократно указывали, что право на бесплатную экстренную помощь должно действовать и в частных клиниках, если речь идет о спасении жизни, добавила Ирина Гриценко.

— Если такой подход закрепят в законе или он станет устойчивой судебной практикой, пациентам не придется оплачивать экстренные вмешательства, стоимость которых в отдельных случаях достигает нескольких сотен тысяч рублей в сутки, — подчеркнула она.

Стоимость судов с клиниками

Пациенты, с которыми поговорили «Известия», отмечают, что споры с медицинскими учреждениями требуют больших затрат, отнимают много сил и могут длиться годами. Это подтверждают и специалисты по медицинским делам.

— В таких процессах расходы часто оказываются выше ожидаемых, поскольку каждое дело имеет свои особенности, — сказала «Известиям» адвокат, юрист по медицинским делам Екатерина Батурина.

Так, для проведения медицинской экспертизы потребуется от 150 до 500 тыс. рублей, отметила медицинский адвокат Ирина Гриценко. А в общем придется отдать от 300 тыс. рублей, уточнила Екатерина Батурина. По ее словам, финальная сумма зависит от региона, сложности дела и квалификации привлекаемых специалистов.

Также необходимо учитывать, что судебный процесс требует много времени, пояснила Ирина Гриценко.

— На сегодняшний день первая инстанция в делах такого порядка занимает около года, вторая — около семи месяцев, — отметила она.

Ирина Гриценко также отметила, что споры с медицинскими учреждениями — одни из самых сложных в гражданской практике. Эксперт советует заранее запросить все медицинские документы, провести их независимую оценку и заручиться заключением профильного специалиста. Это позволит понять, есть ли реальные медицинские и юридические основания для предъявления иска и каковы перспективы его рассмотрения. В некоторых случаях, считает юрист, попытка договориться с клиникой может оказаться эффективнее, чем многолетний суд с неясными перспективами.

Алёна Фомина
 

источник :  https://iz.ru