§

Новости

Быть или не быть? Как выживают смоленские онкобольные
31 Января 2017 г.

Не так давно мы писали о шумном уходе из смоленского онкодиспансера теперь уже бывшего главврача Сергея Гуло. Напомним, после серии проверок главный врач принял решение покинуть свой пост по собственному желанию. После ухода он написал письмо президенту «Лиги защиты пациентов» Александру Саверскому.

 

В письме экс-главный врач обвинил смоленских чиновников в «сговоре и коррупции». А врачей и руководителей смоленского онкодиспансера наоборот расхвалил, поведав о том, как в условиях категорического дефицита денег они делали все возможное для лечения пациентов.

Вот только как при отсутствии денег в разы увеличивались премии администрации онкодиспансера, Сергей не рассказал. В принципе, как и об отзывах самих больных. В связи с этим мы начинаем серию материалов о работе смоленского онкологического диспансера и судьбе его пациентов.

Почему болит нога?

Эта история началась весной 2015-го. Тогда уже немолодого Игоря [имя героя изменено — здесь и далее прим. ред.] жителя одного из райцентров области, стали мучить боли в ноге. Местные врачи диагноз поставили быстро — растяжение паховой мышцы.

Спустя месяц боли не прошли, а диагноз и методы лечения остались такими же. Тогда врачи назначили дополнительное обследование. В результате УЗИ месяц спустя врачам удалось обнаружить опухоль. Образование доктора увидели только благодаря назначенному пациенту прогреванию.

После ряда обследований врачи вынесли страшный вердикт — рак. На поиски хотя бы предварительного диагноза у докторов ушли 3 месяца.

В середине июля в команде ищущих произошла замена: место районной поликлиники занял областной онкологический диспансер. Сюда на прием больной ездил каждую неделю. Из воспоминаний о больнице осталось мало приятного:

 «Бесконечные очереди, мне с больной ногой приходилось скакать по этажам, лифтом пользоваться не разрешали. Ездили мы сюда с женой каждую неделю. Какие-то процедуры, например, бронхоскопию, мне делали в Смоленске. Но большую часть анализов приходилось сдавать у себя в городе. Для того, чтобы уложиться в срок (а следующий прием был, как правило, через неделю) приходилось пользоваться услугами платных клиник. К тому же, если не дашь медсестре из диспансера „на карман“, пеняй на себя сам: должного внимания тебе могут и не уделить. Лучше подстраховаться и протянуть бумажку».

Точный диагноз врачи оказались дать не в силах: то противоречили друг другу анализы, то результаты оказывались «чистыми». Узнать, где же именно скрывается рак, смоленские врачи так и не смогли. А потраченным деньгам не было счета: дорога туда-обратно, платные анализы, взятки докторам и медсестрам. Когда речь идет о таких страшных заболеваниях люди, как правило, не экономят.

За диагнозом — в другой регион

В середине августа 2015-го родственникам удалось пристроить больного в Обнинский онкологический центр.

«Там мне уже на второй день запретили пользоваться лестницами и сказали передвигаться между этажами только на лифте. Сказали, от такой ходьбы я делаю хуже только сам себе. Для сравнения, в Смоленске пользоваться лифтом мне банально не давали. Не захотели там меня и класть [в стационар], сказали, что амбулаторно здесь лечатся только до- и послеоперационные».

Диагноз в уже 3-й для мужчины больнице поставили за 2 недели: неоперабельная опухоль, успевшая дать метастазы. Оказались поражены сразу несколько органов. Именно из-за этого у смоленских докторов и возникли проблемы — они попросту не смогли установить очаг заболевания.

К анализам и процедурам из Смоленска и области обнинские врачи отнеслись скептически и повторили все, от анализа крови до компьютерного обследования, а к концу августа уже приступили к лечению.

Будни онкобольного

Лечение в Обнинске прошло успешно, насколько оно могло быть успешным при неоперабельной опухоли: размеры образования уменьшились, но полностью убрать его невозможно. Оно останется с больным до конца жизни — как и жуткие боли.

С работы мужчине пришлось уйти еще в самом начале болезни, ведь теперь даже необходимость спуститься с 3-го этажа — неподъемное испытание. После дополнительного обследования ему присвоили первую группу инвалидности. Но дьявол, как известно, кроется в деталях: инвалидам этой группы положены льготные лекарства. А что в первую очередь нужно человеку, испытывающему боль? Правильно, болеутоляющие. И чем сильнее боли, тем сильнее необходимы лекарства, и тем чаще приходится их принимать.

Вызывать на дом медсестру из больницы и поликлиники невозможно. Во-первых, это не входит в их круг обязанностей, во-вторых, уколы нужно делать по несколько раз в день.

Есть большая проблема и с самими лекарствами. Наркосодержащие обезболивающие по федеральной льготе в райцентре до января 2017-го не выдавали. Ездить за ними приходилось в Смоленск, в котором, кстати, их можно получить только в 2 аптеках города: на ул. Шевченко и в Аптечном проезде.

То есть, для того чтобы получить льготные лекарства необходимо было совершить следующий ритуал. Прийти к лечащему врачу в районную поликлинику, взять у него рецепт. Выписывая рецепт, врач звонит в аптеку и резервирует нужные лекарства. Дальше родственникам или самому инвалиду необходимо сесть в автобус или электричку до областного центра и забрать необходимые лекарства. Следующий шаг — вернуться обратно и ждать, пока лекарства не закончатся. Потом все по новой.

Хочешь жить без боли — выкручивайся

В январе ситуация немного изменилась. Часть лекарств стало возможно получить в аптеке поликлиники районного центра. Вот только в одной и только определенную дозировку. Других дозировок просто нет в наличии. Если дозировка, прописанная врачом, не соответствует той, которая есть в наличии, пациент оказывается перед выбором — принять лекарство в меньшей дозировке, или, наоборот, сделать передозировку. Все зависит от конкретного случая.

Напомним, речь идет о наркосодержащих обезболивающих. В меньшей дозировке от них не будет смысла: боль не уймется «по волшебству». В случае передозировки можно и на тот свет отправиться. Так что «думайте сами, решайте сами…»

К тому же выдают в аптеке далеко не все лекарства. Например, «Тромадол», относящийся к опиоидным наркотическим анальгетикам, там достать нельзя, и за ним приходится по-прежнему ездить в Смоленск.

Вот и оказывается, что жизнь онкобольных в Смоленске превращается в бесконечный и утомительный квест за выживание с постоянными мучительными болями. Как бы не прибеднялись врачи и администрация онкодиспансера, а за последние два года на них поступило 35 жалоб [об одной из них мы подробнее расскажем в нашем следующем материале].

Качество лечения оставляет желать лучшего. Как так вышло, что в таком же профильном учреждении, но в другом городе, диагноз поставили в два раза быстрее, а смоленские врачи за несколько месяцев так и не справились со своей работой, банально не сумев выявить причину страданий больного?

Жизнь людей, по сути уже обреченных, сводится к поиску способов добычи самых необходимых лекарств. Это уже проблема не одного снятого главврача, а всей областной структуры здравоохранения. А предпосылок для ее изменения в лучшую сторону пока не видно.

 


источник readovka.ru

вернуться в раздел новостей