§

Новости

Блог-аут Преступная халатность в медицине
06 Апреля 2012 г.

22-41 в столице. Мне сегодня в Twitter, когда я спросила, что бы вы хотели обсудить в программе «Блог-аут», скинули ссылку на очень страшный пост, который называется «Как в больнице убивали Витю Панасенко». Это совсем маленький ребенок, двухмесячный мальчик. Произошла трагедия в Славянском районе Кубани. Родители малыша, Виталий и Ольга, обычные фермеры, у которых нет могущественных родственников, крутых автомобильных номеров или денег на взятки. Произошло это не так давно, дней 20 назад. Речь идет о том, что 14 марта ребенка понесли на взвешивание в нашу амбулаторию, к медсестре, которая позвонила терапевту и спросила, можно ли делать прививку. Это вторая по счету прививка, от гепатита. Доктор дала добро. Медсестра сделала прививку большим шприцом. Т.е. не маленьким, каким обычно деткам делают, а большой иглой. Порвали ребенку капиллярчики. У ребенка образовался синяк на ножке, потом появился бугор. И далее история, которая описана детально: куда приходили, когда приходили, сколько раз приходили. Я предлагаю сейчас послушать нашу гостью, это журналист «Комсомольской правды» на Кубани Ольга Сухова. Ольга, добрый вечер.
О. СУХОВА: Здравствуйте.
И. ВОРОБЬЕВА: Ольга, как вам стало известно об этой истории. Расскажите, что же произошло дальше с двухмесячным малышом в этих больницах.
О. СУХОВА: От безысходности мать малыша написала письмо в Интернет. Конечно же, журналисты увидели, раструбили эту историю. Как дальше было дело? Когда сделали прививку малышу, у него на ножке образовалась гематома. Мама отвезла ребенка к хирургу. Хирург посмотрел и сказал делать дома водочные компрессы. Как раз были выходные, и следующий прием был в понедельник. Все выходные ребенок плакал, гематома у него становилась всё больше и больше. В понедельник снова отвели к врачу, который сказал, что ничего страшного, не переживайте, это обычная гематома, которая пройдет через две недели, продолжайте делать водочные компрессы.
Ребенок всё время плакал, видимо, от боли, гематома становилась больше. Мама ходила в больницу. Медикам она настолько надоела, что они уже ее пинали, огрызались, хамили. Дошло до того, что когда ребенка уже положили в стационар, ему не нашлось палаты. И когда хирург все-таки решил вскрыть гематому, оттуда пошло много крови. Он швырнул матери ребенка, когда вынес из перевязочной. И она сидела на руках с малышом. Я хотела вас поправить, ему было полтора месяца. Она сидела с малышом в коридоре, не в палате, ребенка никуда не определили. Минут 30-40 она ждала, пока ей найдут место. И когда место нашла, медики даже перевязывать на хотели ножку ребенка, они считали, что вы, мамочка, слишком часто к нам прибегаете. Хотя уже все бинты, все пеленки были окровавлены – настолько много выходило крови у ребенка.
Утром на следующий день, когда их положили в стационар, пришла заведующая отделением, увидела, что ребенок совсем плохой. И только тогда уже решили делать какие-то выводы, осмотреть ребенка. Медик снова проколол эту рану. Там уже ни крови, ничего не было. Ребенок начал бледнеть на руках у матери. Это были его последние минуты жизни. У матери его забрали в реанимацию, что-то с ним делали. Женщина не знает что. По документам оформили смерть где-то в начале пятого вечера, а матери сказали о том, что ее ребенок погиб, только через два часа. Всё это время они переделывали документы. Ольга сидела в коридоре, мимо нее пробегали медики, те, которые были причастны к ее делу, к ее ребенку, пробегали медики в домашней одежде, т.е. в халатах, тапочках, и переделывали все документы. Так говорит сама Ольга.
Медики считают совершенно по-другому. Они после этого случая собрали целый консилиум, приехали чиновники из администрации, приехала руководитель департамента здравоохранения Краснодарского края Славянской ЦРБ, собрали комиссию. И выяснилось, что у ребенка было врожденное заболевание печени. Учтите, что это у абсолютно здорового ребенка. Есть специальная 10-балльная шкала, у него было 10 баллов, он весил 3 кг 500 граммов. Т.е. ребеночек был хороший, здоровый, ничего плохого не ожидалось. Детям, которые реально больные, прививки от гепатита не ставят. Чем всё дело закончилось? Буквально сегодня, несколько часов назад было очередное совещание в Славянской ЦРБ. Уволили заместителя главы района, который отвечает за социалку, и сделали строгий выговор главврачу Славянской ЦРБ. Но дело до сих пор расследуют. Хирурга отстранили на время…
И. ВОРОБЬЕВА: Никитин его фамилия.
О. СУХОВА: Да. Его отстранили от должности на время расследования, пока идет следствие. А родственники погибшего малыша требуют экспертизы. Сейчас следователи назначили экспертизу. Родственники требуют, чтобы экспертизу проводили в Москве, а не в Краснодарском крае. Московским экспертам они больше доверяют.
И. ВОРОБЬЕВА: Ольга, как у вас отреагировали на эту историю? Наверняка она разошлась достаточно широко. Люди реагируют на то, что случилось? Потому что в Интернете под каждым перепостом этого текста сотни комментариев.
О. СУХОВА: Очень много комментариев. Люди не равнодушны к чужой беде. Даже собирают митинги у здания местной ЦРБ. Следующий митинг запланирован в эту субботу. Один небольшой митинг уже прошел, на него вышли буквально 10-15 человек. А следующий, который запланирован в эту субботу, обещает собрать около сотни человек.
И. ВОРОБЬЕВА: А это организовывают родители?
О. СУХОВА: Это организовывают не равнодушные к чужой беде люди, общественные организации, представители молодежных движений. Насколько мне известно, они даже собирают какие-то деньги, передают семье. Это обычная семья, они никакие не крутые бизнесмены, не предприниматели, семья самая обычная.
И. ВОРОБЬЕВА: Ольга, спасибо вам большое. Журналист «Комсомольской правды» Ольга Сухова была у нас в эфире по телефону. Я хочу сказать вот что. Действительно, каждая такая история, каждая история, когда погибает маленький ребенок или когда маленького ребенка в результате врачебной ошибки делают инвалидом, мы знаем такие истории, к счастью для общественности, к счастью для нас, эти истории попадают в Интернет, и оттуда, из Интернета они становятся новостью.
Я очень рассчитываю на то, что там, где это произошло, на Кубани все-таки из этой всей истории сделают соответствующие выводы. Потому что жизнь маленького ребенка, который не может за себя постоять, это маленькое существо, которое пока еще не умеет говорить врачам, что ему плохо, он умирает… Каждая такая история должна сопровождаться не только отставками, но и какими-то все-таки уголовными делами, потому что такие вещи прощать нельзя. Я напомню, что некоторое время назад мы тоже вытащили из блогов историю, чудовищную историю о том, как погиб малыш, которого не довезли до больницы. Его мама Дарья Макарова у нас в эфире. Дарья, добрый вечер.
Д. МАКАРОВА: Добрый вечер.
И. ВОРОБЬЕВА: Даша, скажите, после той истории, которая произошла в Новосибирске, вы смогли себя собрать и эту всю боль пустить на то, чтобы сделать в Новосибирске условия для малышей лучше, чем они были до этого. Чего удалось добиться за это время?
Д. МАКАРОВА: Прошло полтора года после трагедии. На самом деле многого удалось добиться. В первую очередь удалось добиться того, что чиновники начали слушать общество, начали что-то делать. Они, видимо, испугались. Мы создали общественную организацию, общественное движение, к нам огромное количество людей присоединились. В нашем городе не было детских реанимобилей, точнее был только один на весь город. Сейчас их уже 4, и в этом году будет еще 9, насколько я знаю. Мэрия города все-таки это сделала. Были отремонтировали детские больницы. В больнице, где скончался мой сын, там сделали ремонт, в первую очередь в реанимации. Несколько программ запустили - и федеральных, и областная программа. Очень много было сделано. Многое еще впереди.
И. ВОРОБЬЕВА: Дарья, это довольно страшно говорить, но всё, что я вижу, всё то хорошее, что происходит в нашей стране, всё то хорошее, что начинает расти снизу и подталкивает верхи к тому, чтобы они работали, происходит все-таки на трагедии и, к сожалению, на трагедии детей. Как вы считаете, чем должна закончиться история на Кубани? Может быть, вы дадите какие-то советы тем людям, которые сейчас там оказались в ситуации с гибелью этого малыша?
Д. МАКАРОВА: Во-первых, мои глубочайшие соболезнования. Это страшная трагедия. Я была в шоке. В первую очередь в шоке от того, как мама описывает это. Необходимо разобраться. Не надо сейчас устраивать, что мы ненавидим. Надо очень внимательно разобраться в сложившейся ситуации. Мы все слышали недавнее интервью министра Голиковой о том, сколько у нас не хватает врачей. Мне кажется, возможно, эта трагедия была из-за того, что к маме никто не подходил. Надо конструктивно настроиться на работу, если люди хотят что-то изменить. Судами и наказаниями практически невозможно ничего изменить. Наказывать надо виновных, это точно. Мне кажется, надо создавать общественное движение, которое конструктивно отстаивало бы свои гражданские права. Потому что мы все граждане этой страны, мы платим налоги. Государство так или иначе обязано выполнять то, что они нам обязаны отдавать. Т.е. социальная помощь, социальная поддержка в полном объеме должна быть оказана.
И. ВОРОБЬЕВА: Дарья, после того, что случилось с вашим ребенком, кто-то был наказан по итогам?
Д. МАКАРОВА: Было заведено уголовное дело в отношении врачей больницы, детского сада моего сына. Но я сама несколько раз ходатайствовала о том, чтобы его закончили. Потому что они были не виноваты. В моем случае виновата была система. Вы помните, мы живем в отдаленном районе города. Это был бред – вести ребенка за несколько десятков километров по пробкам. У нас не было здесь близко помощи. Был ряд других нарушений. Кого винить? Министра здравоохранения? Нет, конечно, она не виновата.
И. ВОРОБЬЕВА: А кто виноват, Дарья?
Д. МАКАРОВА: Виноваты обстоятельства, которые, как известно, выше нас. Я очень много думала об этом, в конце концов я поняла, что в моем случае надо винить всю систему целиком, которая сложилась исторически.
И. ВОРОБЬЕВА: В любом случае вы сейчас занимаетесь тем, что эту систему меняете, эти обстоятельства как-то преодолеваете. Я сейчас слышу на фоне того, как вы говорите, детский крик.
Д. МАКАРОВА: Да, это моя дочь.
И. ВОРОБЬЕВА: Я очень рада, что у вас родилась дочь, это прекрасно. Спасибо большое за то, что вы делаете. Это важная вещь, которая поможет спасти много детских жизней. Напомню, у нас по телефону была Дарья Макарова, член благотворительного фонда «Здравоохранение – детям», мама Максима Макарова, который погиб, не доехав до больницы. Таких случаев было много. Если вы помните, был еще такой страшный случай, он произошел в 2006 году, произошел тоже с совсем малышкой Соней Куливец, ее доставили в больницу с диагнозом коклюш. Ей поставили катетер в плечевую артерию, образовался тромб. В результате Соне ампутировали руку. Там осудили двух врачей по этому делу. В Санкт-Петербурге осенью позапрошлого года ребенку пришлось ампутировать кисть из-за врачебной ошибки. В чем я совершенно согласна с Дарьей Макаровой? К сожалению, система выстроена таким образом, что врачам очень тяжело работать в таких ситуациях. Конечно, нужно разбираться во всех этих историях.
Мы сделали запрос в Минздрав по поводу истории на Кубани. В данный момент, сегодня вечером комментариев нам дать не смогли. Поскольку этим вопросом сейчас уже занимается департамент развития медицинской помощи детям, служба родовспоможения, там есть запрос по этому делу. В ближайшие дни от Минздрава поступит комментарий, от этого департамента. Спасибо за то, что, по крайней мере, ответили на наш запрос. Я надеюсь, в ближайшие дни мы получим комментарий на эту тему. Остается у нас буквально три минуты. Телефон прямого эфира 363-36-59, давайте поговорим об этих случаях. Кто же виноват: система, людское равнодушие? Кого винить в этих страшных трагедиях? Люда пишет: «Министра здравоохранения – в отставку, врачей, персонал – под суд». Кто виноват в том, что произошло с малышом на Кубани и со всеми остальными детьми, пострадавшими от врачебной ошибки? Здравствуйте.
СЛУШАТЕЛЬ1: Здравствуйте. Владимир.
И. ВОРОБЬЕВА: Владимир, как вы считаете, кто виноват?
СЛУШАТЕЛЬ1: Система.
И. ВОРОБЬЕВА: Сама по себе система здравоохранения или система в стране такая?
СЛУШАТЕЛЬ1: Вообще в стране сложилась.
И. ВОРОБЬЕВА: В чем виновата конкретно система? В том, что врачи отмахивались от мамы, которая постоянно к ним приходила и говорила, что кровоточит очень сильно?
СЛУШАТЕЛЬ1: И это тоже. Не бывает так, что виноваты врачи только. Система позволила врачам вести себя так.
И. ВОРОБЬЕВА: Спасибо за звонок. Сразу следующий звонок. Здравствуйте.
СЛУШАТЕЛЬ2: Здравствуйте. Меня зовут Татьяна.
И. ВОРОБЬЕВА: Как вы считаете, кто виноват в данной ситуации?
СЛУШАТЕЛЬ2: Я считаю, что виноват конкретно врач. Мой совет мамам в таких случаях – слушать не одного врача, а если есть возможность, обращаться к нескольким. Выслушивать мнение одного, но если ребенку плохо, то по возможности вызывать другого доктора. У меня была такая ситуация с моей дочерью. Ей было 7 лет, у нас было запущенное воспаление легких. А доктор-педиатр, которая к нам приходила, она говорила: ну что вы, у вас вообще ничего нет, у других бронхит, а у вас даже ОРЗ не могу поставить. А у нее 39,5, потом 40, потом 40,5, я даже не видела ртуть на термометре. Я была в ужасе. Она сказала: растирайте спиртом, как там советовали гематому растирать водкой, сбивайте температуру, спиртиком, водочкой натирайте. После ее ухода мы вызвали скорую, доктор сказал, что вы ее не поднимите дома, только в больницу. И у нас потом такое было… Это был кошмар. Я ее просто восстанавливала. Хорошо, что в Москве есть научные центры и так далее. Но это продолжалось 4-5 месяцев.
И. ВОРОБЬЕВА: Спасибо большое за вашу историю. Виноват врач, считает наша слушательница. К сожалению, больше нет времени обсуждать с вами эту тему. Программа «Блог-аут». Ирина Воробьева. До встречи.

 


 

ссылка на видео :  echo.msk.ru

вернуться в раздел новостей