§

Новости

Ленинский районный суд города Воронежа взыскал с больницы более 100 000 рублей компенсации
24 Марта 2020 г.

Воронежский областной клинический психоневрологический диспансер» компенсирует моральный вред и расходы на погребение отцу погибшего пациента.

 

С иском к Казенному учреждению здравоохранения Воронежской области «Воронежский областной клинический психоневрологический диспансер» в Ленинский районный суд города Воронежа обратился отец пациента. В заявлении просил взыскать компенсацию морального вреда и расходов на погребение.

В обоснование требований указал, что его сын был принудительно (по решению суда) госпитализирован в стационарный корпус диспансера, а спустя некоторое время был найден повешенным в петле из вязки. Считает, что смерть произошла по причине ненадлежащего исполнения сотрудниками диспансера своих должностных обязанностей, что выразилось в отсутствии надлежащего круглосуточного контроля за пациентом, недостаточного контроля соблюдения лечебного режима наблюдения за больным, что дало возможность пациенту привести в исполнение задуманное самоубийство. Преждевременная и драматичная смерть сына причинила истцу нравственные страдания, в связи с чем он просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей и 54 630 рублей расходов на погребение.

Ответчик иск не признал и возражал против удовлетворения требований.

Судом обозревались материалы гражданского дела, рассмотренного ранее в Ленинском районном суде города Воронежа по обстоятельствам, имеющим значение для разрешения спора о компенсации.

Выслушав пояснения лиц, суд установил:

  • принятым ранее решением выявлено, что пациент в возрасте 12 лет в результате ДТП получил тяжелую черепно-мозговую травму. Впоследствии в силу ухудшения психического состояния с 2011 года неоднократно проходил лечение в стационаре диспансера;

  • в феврале 2017 года удовлетворено исковое заявление заместителя главного врача диспансера о госпитализации пациента в недобровольном порядке;

  • в диспансере пациент находился на дифференцированном режиме наблюдения, который применяется к пациентам, психическое состояние которых не связано с опасностью для них самих или окружающих, но в силу нестабильности и недостаточности критики требует наблюдения медицинского персонала. Предусматривается пребывание в палате с круглосуточным, но не имеющим интенсивного характера, наблюдением медперсонала, свободное перемещение пациента в пределах отделения. Разрешаются прием посетителей и телефонные переговоры в соответствии с распорядком дня отделения. Запрещается выход за пределы помещения отделения;

  • находясь в отделении, пациент покончил жизнь самоубийством, смерть наступила от асфиксии. Принятым ранее решением установлено, что смерть пациента произошла по причине ненадлежащего исполнения сотрудниками диспансера своих должностных обязанностей;

  • документально ненадлежащее исполнение подтверждается внутренним протоколом, из которого следует, что в 3 часа 40 минут ответственная дежурная медсестра отделения обнаружила на балконе висящий в петле из вязки труп пациента, справкой по расследованию суицида в отделении, в ходе которого был выявлен дефект наблюдения за пациентом, приказом и.о. главного врача, которым к заведующему отделением за отсутствие организации контроля соблюдения лечебных режимов наблюдения за больными, врачу-психиатру за допущенные грубые дефекты при обследовании и лечении пациента, медицинским сестрам палатным (постовым), санитарам за ненадлежащее осуществление круглосуточного ухода и наблюдения за пациентами применено дисциплинарное взыскание в виде выговора;

  • в деле также имеется постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела, заключение посмертной психолого-психиатрической комплексной судебной экспертизы;

  • при этом лечебных эффектов выявлено не было – лечебно-диагностические мероприятия, проводимые в стационаре, были адекватны состоянию пациента, прослеживалась положительная динамика;

  • душевное состояние пациента изменилось, появились суицидальные наклонности в результате прочтения им записки, переданной ранее тем же днем матерью. На этой записке он впоследствии написал предсмертную записку;

  • в материалах дела отсутствуют доказательства того, что в отношении применялось физическое либо психологическое воздействие, побудившее его совершить самоубийство;

  • судом выявлен дефект наблюдения и установлено наличие причинно-следственной связи между действиями работников диспансера и смертью пациента;

  • ранее в пользу матери пациента с диспансера взыскано 100 000 рублей компенсации морального вреда и 74 000 рублей расходов на установку памятника;

  • отец погибшего имеет право на компенсацию морального вреда, который причинен ему в связи с гибелью близкого человека, которая не могла не вызвать нравственные страдания. Гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, которое влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, нарушает неимущественное право на семейные связи;

  • заслуживающими внимание являются обстоятельства того, что пациент длительное время страдал психическим расстройством, ранее у него выявлялись суицидальные наклонности, недовольство жизнью, зафиксированы попытки ранее совершить акты суицида, и эти нравственные страдания причинены умышленными действиями самого погибшего, который покончил жизнь самоубийством. Кроме того, именно истец был инициатором его помещения в диспансер, которое закончилось его преждевременной смертью;

  • в части расходов на погребение суд отметил, что возмещению подлежат необходимые расходы, отвечающие требованиям разумности. Перечень таких расходов приведен в ФЗ «О погребении и похоронном деле» от 12.01.1996 № 8. В соответствии с представленными истцом документами величина произведенных им расходов не является завышенной и соответствует данному ФЗ.

На основании изложенных выводов суд принял решение удовлетворить требования частично и взыскать с Казенного учреждения здравоохранения Воронежской области «Воронежский областной клинический психоневрологический диспансер» в пользу истца в счет компенсации морального вреда 60 000 рублей, расходы на погребение в размере 51 230 рублей, а всего 111 230 рублей.

Решение в законную силу не вступило.

 


источник :  pravo-med.ru