§

Новости

Александр Саверский: «Мы уже перенесли COVID-19, пневмоний в январе было на 37 процентов больше»
15 Апреля 2020 г.

Защитник прав пациентов о загадках пандемии и о том, что произойдет при запуске военного протокола в российской медицине.

 

«В мае народ начнет по стенкам лазить и требовать отменить карантинные меры. А в свете официальной позиции это как раз будет разгар эпидемии», — прогнозирует президент «Лиги защитников пациентов» Александр Саверский. В интервью «БИЗНЕС Online» он рассказал о военном и информационном сценариях пандемии COVID-19 и о том, грозит ли России «итальянский сценарий», в чем главная загадка коронавируса, за что нужно платить пациентам в стационарах и многом другом.

«ПИК ЗАБОЛЕВАЕМОСТИ У НАС БЫЛ В ДЕКАБРЕ–ЯНВАРЕ»

— Александр Владимирович, глава минздрава ФРГ Йенс Шпан назвал ситуацию с COVID-19 в стране самым значительным вызовом для здравоохранения Германии за 75 лет. А как наши доктора оценивают положение, у вас есть на этот счет какая-то информация?

— Часть врачей считает, что это не угроза, что все подобное уже было и есть. Другая часть полагает, что да, это серьезный вызов, к которому мы не готовы, у нас ничего нет. Поэтому и ведут себя все по-разному. Кто-то едет, как некоторые пойманные с коронавирусом врачи, в Европу отдыхать и без зазрения совести привозит заразу в Россию, а кто-то, наоборот, требует введения самого жесткого карантина. Это немного несвойственно нашей эпидемиологической науке, так сильно расходиться в оценках ситуации и мнениях по поводу всего происходящего, и я думаю, что нашим государственным деятелям очень сложно принимать решения с учетом такого разброса. Именно поэтому мы долгое время ограничивались какими-то странными мерами, и не очень понятно, что будет дальше. Если верить официальному сценарию происходящего, то основная нагрузка наступит в мае. К этому моменту малый и средний бизнес уже будет в руинах, многие люди окажутся без жилья, работы и еды, потому что большинство живут от зарплаты до зарплаты, и никому сейчас непонятно, как все станут существовать и на что жить. Поэтому в мае народ уже начнет по стенкам лазить и требовать отменить карантинные меры. А в свете официальной позиции это как раз будет разгар эпидемии.

— Вот вы сказали, что часть врачей считает, что все подобное уже было и есть. Что это значит? И почему тогда не только в Германии, но и буквально во всей Европе считают это серьезнейшим вызовом и почти катастрофой?                          

— Значительное число эпидемиологов полагают, что это обычная ОРВИ, которую власти решили посчитать, наверное, впервые за всю историю человечества, потому что этого раньше никто не делал, ведь ОРВИ у нас по большому счету и болезнью-то не считалась. Тем не менее это заболевание ежегодно уносило жизни достаточно большого количества людей. Острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) ежегодно ассоциируются с 3,9 миллиона смертей в мире; ОРВИ служат причиной 30–50 процентов случаев внебольничных пневмоний, 80 процентов случаев обострений бронхиальной астмы. Теперь китайцы впервые решили серьезно пересчитать всех подхвативших ОРВИ и тем самым всех напугали, потому что цифры и правда неприятные. И это еще до того, что происходит в Италии. Там совершенно очевидно, что система здравоохранения не справляется. Чтобы понять почему, надо знать, что система здравоохранения в этой стране в последние годы была подвергнута сильному сокращению. Например, в Италии коек интенсивной терапии в 4 раза меньше, чем в Германии, в расчете на тысячу человек, население пожилое, эпидемиологической службы нет, в результате чего Италия и не могла справиться с мало-мальски серьезной эпидемией.

Под давлением ВОЗ в европейских странах происходит сокращение коек в лечебных учреждениях, их просто физически стало не хватать. Для сравнения: в Советском Союзе было 14 коек на 1 000 человек. Сейчас у нас 7,5, а в Москве, как в Италии, в госсистеме — 3 койки на 1 000 жителей. Это, конечно, очень мало, но в столице РФ есть другие мощности — ФМБА, федеральные научные центры, учреждения министерства обороны, частный сектор: все в совокупности, наверное, даст нам существенно больше, чем три койки. Но тем не менее «оптимизированные» больницы, конечно, должны быть возращены. Многие из них до сих пор стоят пустые, их можно снова запустить или хотя бы законсервировать на такие вот случаи. С данной точки зрения даже хорошо, что этот коронавирус появился, чтобы все текущие проблемы поставить на вид, оголить их, даже напугать, чтобы не уничтожали все подряд.

— По данным «Левада-Центра», 59 процентов россиян не доверяют официальной информации по ситуации с коронавирусом. Почему? Разделяете эту оценку?

— Да, разделяю. Я думаю, что цифры, которые мы имеем, — это всего лишь доля выявленных больных среди их гораздо более значительной массы и, что очень важно, среди уже переболевших. Тем более что точность первых тестов вызывала большие сомнения и тестировали только тех, кто был за границей и контактеров с начала марта, а до этого? По моим представлениям и мнению тех ученых, которого я придерживаюсь, эпидемия давно здесь. Ее не могло не быть, потому что у нас минимум полтора месяца с момента выявления очага в Китае ворота с КНР были открыты полностью, воздушные закрыли только через два с половиной месяца. Ну и как вы хотели избежать эпидемии в этой ситуации? Конечно, она давно здесь. Более того, очень многие люди, с кем я общался, а у меня 5 000 друзей в «Фейсбуке», убеждены, что пик заболеваемости у нас наступил в декабре–январе. Эпидемический порог к февралю был превышен на территории половины субъектов РФ. А в январе Росстат сообщил, что пневмоний за январь стало на 37 процентов больше, чем за аналогичный месяц прошлого года. Поэтому многие люди склонны считать, что мы перенесли заболевание уже зимой. И тогда у нас уже должен быть коллективный иммунитет (если он формируется, конечно, к данному вирусу — пока неясно), но это мы сможем увидеть только тогда, когда появятся тесты на антитела. Однако государство до сих пор пытается тестировать только тех, кто находится в группе риска, — был за границей, имел контакты и так далее. Понятно, что выявляемость станет расти — больных много. Если сейчас протестировать вообще все население, то мы ахнем и ужаснемся, но если сопоставим эти данные с данными ежегодного заболевания ОРВИ, то они, скорее всего, окажутся совсем не страшными. На сегодняшний день в мире за три месяца пандемии умерли около 50 тысяч человек. Однако за год только от гриппа погибают от 300 до 650 тысяч, а от пневмоний — от 3 до 7 миллионов смертей в год. Уже отсюда видно, что ничего сверхужасного не происходит. В России вообще ситуация выглядит очень оптимистично: смертность остается на уровне 0,85 процента, и это притом что очень жестко определена группа контроля.

— Вот вы говорите, что пиковая нагрузка по заболеваемости ожидается в мае, а наша система здравоохранения готова к этому максимуму? Насколько велик ее потенциал в случае ухудшения ситуации, в особенности не в столичном регионе? Какой-то мобилизационный ресурс есть?

— Это хороший вопрос. У нас все происходит с опозданием на два месяца, в том числе система сбора данных. Этот майский пиковый удар ожидается, по мнению правительства. В реальности пока говорить о чем-то рано. По моим представлениям, у нас сейчас эпидемии уже нет. Что будет дальше, даже гадать не хочу, потому что надеюсь, что я прав и мы всё уже пережили. Соответственно, и дальше ничего не произойдет, кроме роста цифр выявляемости.

Тут есть еще одна деталь, о которой нельзя не сказать. Это самая тяжелая история во всем происходящем. 24 марта московский городской фонд ОМФ объявил, что он за каждого выявленного пациента с коронавирусом будет платить по 200 тысяч рублей, и на следующий же день дневной прирост больных вырос в 3 раза. А дальше просто: вы платите — мы даем то, что вы хотите за ваши деньги. Поэтому такая эпидемия расти у нас теперь будет точно. Государство попало в ловушку собственных рыночных механизмов и теперь получит то, за что платит. Система здравоохранения, чтобы получить как можно больше денег, будет генерировать этих больных. Что там правда, а что нет, пойдите потом разберитесь. 

— В соцсетях пациенты высказывают очень много критики в адрес действий медперсонала, в особенности скорой помощи и больниц в случае заболевания как коронавирусом, так и ОРВИ. В частности, медики сами часто не соблюдают меры предосторожности и гигиены, приезжая на вызовы, не пользуются одноразовыми бахилами и перчатками, в больницах к пациентам относятся халатно, из-за чего люди подхватывают и другие заболевания, которыми до этого не болели. Как прокомментируете подобные сообщения?

— Очень просто я их прокомментирую: врачи и персонал ведут себя как обычно. Почему именно так — другой вопрос. Просто люди стали на это смотреть и оценивать по-другому. Сейчас такого поведения стали бояться. Поэтому начали об этом кричать, писать в соцсетях и так далее. Мне тоже поступает такая информация. Например, пришли данные из одной из больниц, согласно которым из 53 больных на одном этаже 8 человек лежат с этим вирусом, на другом — 4 из 47 и так далее. То есть они лежат все вместе. Конечно, и заражение происходит. У врачей скорой помощи тоже масок нет в комплектации с перчатками и бахилами. Поэтому кричать можно сколько угодно, но мы довели систему здравоохранения до состояния, когда у нее нет просто нужных вещей, и требовать их от врачей совершенно бесполезно. Просто надо думать, как система будет работать дальше. Да, сейчас срочно закупаются системы ИВЛ, какая-то очередная больница в Коммунарке строится, в то время как куча оптимизированных стоят пустые. Их можно было бы использовать, но на стройках опять, наверное, деньги моют, иначе чем объяснить, что пустые стоят, а новые строятся. Поэтому у нас все как обычно, но оценивается людьми по-другому. Это достаточно важно, потому что, по-видимому, потребует уже от этого правительства каких-то других мер, а не тех, которые они собирались предпринимать до возникновения пандемии. Потребует переоценки ценностей, смыслов, денежных потоков и так далее.

«ОТ ОГРАНИЧИТЕЛЬНЫХ МЕР ПОСТРАДАЕТ НЕ ТОЛЬКО ЭКОНОМИКА, НО И ОГРОМНОЕ КОЛИЧЕСТВО ЛЮДЕЙ»

— Вообще, у людей сейчас очень много вопросов к нашей медицине, и эпидемиологическая ситуация их действительно только обострила. Один из них: что по закону является платным, а что — нет, и медики не имеют права за это требовать деньги?

— В стационарах все бесплатно. Вообще все! Соответственно, если что-то там происходит в плане попыток коммерциализации лечения или оказания иных услуг, сразу должна идти письменная жалоба главврачу. Если она не срабатывает, то следует обращаться в органы правопорядка, прокуратуры.

Что касается амбулаторного лечения, то здесь все кажется немного сложнее, но на самом деле ничего сложного. Наши люди к этому не привыкли, врачи тоже, но вообще, кроме льгот, которые есть у некоторых групп населения и отдельных пациентов в амбулаторном режиме, по стандартам помощь тоже должна оказываться бесплатно и даже лекарства предоставляться. Вот сейчас приняли клинические рекомендации по этому вирусу: по идее, по ним, все лекарства должны быть бесплатными. Это наше конституционное право на бесплатную помощь. Единственная оговорка, такая помощь оказывается в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения. Частными центрами Конституцией не гарантировано оказание бесплатной помощи. И в государственно-частных партнерствах тоже.          

— А анализы? Если человек без направления просто пришел провериться на коронавирус, с него могут требовать за это деньги?

— Помощь оказывается бесплатно, если есть показания и врач считает это необходимым. Просто хотелки надо поумерить. Без симптомов и ходить никуда не надо, и вызывать никого не нужно. Но люди продолжают болеть другими болезнями. Более того, в условиях карантина хронические болячки обостряются, хотя бы потому, что на них больше обращают внимания. Кто-то вообще решил, что карантин — это лучшее время для посещения врачей, даже стоматологов. На днях мы даже подписывали вместе с ассоциацией стоматологов совместное обращение не ходить к стоматологам во время пандемии, когда нет острой боли и воспаления. Пандемия действительно не лучшее время заниматься хроническими заболеваниями, но, к сожалению, мы тут с вами ничего не можем сделать, они обостряются. И алкоголизм, и стрессовый фактор у кого-то. У некоторых начинаются психологические срывы, обострения отношений с мужем, потому что в четырех стенах сидят все, в том числе те, у кого непростые отношения. В Китае всплеск разводов на фоне эпидемии и карантинных мер пошел. Так что много сопутствующих «удовольствий», которые тянет за собой карантин, от этих ограничительных мер пострадает не только экономика, но и огромное количество людей. В подобном, к сожалению, я не сомневаюсь, это объективный факт.

— МВД сообщает, что в России уже более 500 человек были привлечены к ответственности за несоблюдение карантина из-за распространения коронавируса. А в отношении медиков, по чьей вине заразился здоровый человек или кто-то умер (таких случаев много, вот в марте в 20-й горбольнице Екатеринбурга 30-летняя Надежда Богданова с панкреатитом скончалась на второй день пребывания в больнице — врачи вывезли в коридор и помощи не оказали), такие меры принимаются? В связи с эпидемией они ужесточаются, ответственность врачей и медперсонала как-то повышена?

— Тем, кто реально пострадал от действий врачей и медперсонала, надо писать заявление в следственные органы. Будут заниматься этим органы или нет — уже отдельная история. Нарушения и до пандемии были разными, а сейчас ведь не может стать лучше. Жалоб на невозможность получить помощь появилось много: в Санкт-Петербурге больницы закрываются на карантин, в Москве — перепрофилируются под инфекцию, департамент столицы даже вынужден был давать разъяснения о получении пациентами онкологической помощи. На этом фоне кто-то даже потребовал введения отдельной статьи о заражении коронавирусом. Это все забавно, конечно. То есть пришел, принес с собой коронавирус, опустил его в чашечку с кофе — так, наверное? У людей на фоне паники, конечно, очень много всяких идей возникает странных. Наверное, это одна из них. Но статья 236 УК о нарушении санитарных правил была, кстати, все же ужесточена во время пандемии. Теперь наказание можно получить даже за создание угрозы массового заболевания. Это, конечно, очень вольный термин — угроза — для уголовного законодательства, который можно очень широко трактовать.         

— Один из экспертов написал в соцсети, что в течение ближайших 2–3 месяцев коронавирусная инфекция накроет своей волной все население России. Если ситуация начнет развиваться по «итальянскому сценарию», то будет активироваться так называемый протокол военной медицины, когда врач сам решает, кого класть на койку, а кого отправлять домой с баллоном кислорода (которых тоже наверняка не окажется). И это решение станет приниматься согласно возрасту и общему состоянию — то есть отбираться для лечения будут более молодые с бо́льшими возможностями выжить. Расскажите подробнее об этом военном протоколе.

— Да, действительно, Россия имеет право гордиться своими протоколами, которые были созданы, к сожалению, во время войны и ряда эпидемий прошлого и которые на самом деле очень эффективны. То, что вы сейчас описали, называется сортировкой больных по трем признакам. Легкие пациенты отправляются на самолечение, тяжелые больные с вероятностью летального исхода кладутся в палату просто для присмотра или, грубо говоря, для умирания. Бывает, конечно, что кто-то из них выживает, несмотря на всю тяжесть своего положения. Занимаются врачи людьми с заболеванием средней тяжести. Просто потому, что КПД прилагаемых усилий по их излечению в этой категории больных также больше всего. Если ими не заниматься, а лечить тяжелых больных, то существенная часть средних пациентов станут тяжелыми и система захлебнется. Будет то, что произошло в Италии. Там не существовало сортировки, они сразу начали заниматься тяжелыми больными, это грубая ошибка. Я уже говорил, что в Италии нет эпидемиологической службы. Результат мы видим. Ну и наиболее высокая смертность в Италии среди пациентов в возрастной группе, которой у нас практически не существует, — 79,5 года. В этом отношении итальянский сценарий нам не грозит. У нас просто нет тех, среди кого его можно было бы реализовать.

— В случае включения этого протокола в полной мере пациент вправе что-то требовать от медработников?

— В случае начала действия этого протокола все права нивелируются. Можно будет сказать, что ни у кого никаких прав вообще нет. Уже сейчас мы живем в соответствии с указами губернаторов на местах. В Москве это мэрия. Все остальное уже практически не работает вообще. Нарушения прав граждан — просто обыденность. Сейчас у меня больше вопрос не о том, насколько опасна пандемия, а насколько у людей хватит еды и терпения сидеть в четырех стенах, ведь такого эксперимента мир еще не видел — это ведь не отпуск на берегу моря, в квартире моря нет.

— А что будет с другими (не с COVID-19) пациентами, которые также нуждаются в реанимации: инсульты, инфаркты, аварии и так далее, если все койки отдадут эпидемическим больным? Они останутся без коек и реанимации?

— Этот протокол в случае начала его действия распространяется на всех больных. Врач-сортировщик — наиболее серьезный профессионал из всех, кто есть в наличии в данном учреждении. Это очень ответственная работа, он будет решать, грубо говоря, кому жить, а кому умереть. Это не лечащий врач, а ситуация другого уровня.

— Несмотря на все запреты, люди гуляют, катаются на велосипедах, ходят в гости. Чего, на ваш взгляд, больше в российской общественной среде — паники или пофигизма?

— Это уже не так, штрафы многих напугали. Но значительная часть людей, по-видимому, понимают, что эпидемии нет, и поэтому себя так ведут. Болезнь, она чувствуется — на близких, окружающих, кто-то знает, что кто-то из знакомых умер, кто-то переболел, кто-то лежит в больнице. Но сейчас этого очень мало. Те единицы, которые попали сегодня в «Коммунарку», еще куда-то, — это очень мало в статистике эпидемии, тем более пандемии. Поэтому те меры, которые вводятся, уже можно считать неадекватными. Мало того что они вводятся с опозданием на два месяца, они являются совершенно оторванными от реальности. Правительство сейчас догоняет вирус, который тут уже два-три месяца, я их, конечно, с этим поздравляю, но реакция, следующая за подобным, совершенно запоздалая. Я исхожу из предположения, что эпидемия здесь давно, а это значит, что населению массово ничего не угрожает и нет смысла в тех жестких ограничениях, которые приняты. А вот карантин представляет опасность реально…

«ТО, ЧТО ПРОИСХОДИТ В КИТАЕ И НА СТЫКЕ ИТАЛИИ И ГЕРМАНИИ, ВГОНЯЕТ В СТУПОР»

— В США коронавирус набросился на низы общества: живущих на пособия нищих, бродяг,  проституток и т. д. Там пока никто не знает, что с этим делать. А власть размышляет, но уже говорят о предстоящем невиданном ограничении американцев в правах и свободах. Маргиналов — ловить и принудительно изолировать, частную собственность в экстренных случаях — изымать, вмешиваться в экономику и частную жизнь граждан. У нас нечто подобное возможно?

— Я надеюсь, что у нас этого не будет. Такие идеи в том же американском обществе, они же не на ровном месте возникают. Это отражение каких-то политических убеждений. Кто-то пытается какие-то проблемы решить. Кто-то негров не любит и попытается их изолировать. Кто-то против проституции. Кто-то животных ненавидит и постарается под благовидным предлогом их всех перестрелять. Все сейчас пытаются использовать данную ситуацию для достижения своих прежних целей, но в более острой форме. Даже я буду стараться это сделать — вернуть нашей системе здравоохранения принципы системы Семашко, потому что считаю подобное важным. Так происходит во всех странах. Просто на поверхность вылазят наиболее креативные идеи. Под креативом я имею в виду порой и запредельную глупость, от которой все вздрагивают, но пресса это любит. Поэтому то, что они появляются, абсолютно естественно. Просто надо спокойнее ко всему относиться и понимать, что угроза пандемии пока больше в головах, чем в реальности.

— Добропорядочные американцы предусмотрительно массово скупают огнестрельное оружие. У нас народ хватает все, начиная от гречки и заканчивая туалетной бумагой и всеми подряд лекарствами, которые, может быть, никогда в жизни не понадобятся. Вы что посоветуете?

— Тут хоть усоветуйся, это мало что изменит. Что касается американцев, то они с оружием растут. Тут другая культура, хотя не могу не вспомнить известное выражение, что раз в жизни стреляет даже веник. Я боюсь, что в Америке может быть именно этот сценарий, когда люди напряжены, а на руках масса самого разного оружия и любая провокация способна вызвать бойню. У нас, слава богу, столько оружия на руках нет, гречка в этом плане навредить, конечно, не может. Но вот то, что лекарства скупают массово и без разбора, медтехнику, в том числе аппараты ИВЛ, это может привести к серьезным последствиям, поскольку их не окажется у того, кому они будут жизненно необходимы. Те же аппараты ИВЛ. Когда все скуплено, а у государства не хватит, это может привести к тому, что действительно не окажется мощностей у здравоохранения. Те состоятельные люди, которые у нас все скупают, это, конечно, совершенное безумство, потому что развернуть аппарат ИВЛ дома, даже если он у тебя 5 тысяч квадратных метров, малореалистично. Нужна целая бригада врачей-специалистов. А когда в стране эпидемия, никто из нормальных медиков к вам не пойдет, потому что, кроме вас, такого всего больного и несчастного, пусть даже очень богатого и знаменитого, есть еще пять тысяч пациентов в больнице, которым эти специалисты нужны. Поэтому к вам может пойти очень не уважающий себя врач. Если вы на такого рассчитываете, то флаг вам в руки. Если вы считаете, что при всей вашей звездности в такой обстановке вами будут заниматься лучшие врачи, то такого, конечно, не произойдет. В этом видна вся неадекватность и весь позор нашего времени. По лекарствам беспокойство есть, потому что их действительно может не хватить от хронических заболеваний, еще от чего-то. Ведь лекарства от этого вируса нет. Поэтому скупай – не скупай, это ведь тоже глупость. Те препараты, которые минздрав рекомендовал, их эффективность совершенно не доказана и не могла быть доказана в такой короткий промежуток времени. То, что минздрав не понимает, чем лечить, доказывает тот факт, что уже третья схема им утверждается. Все прежние препараты были выметены, назначены новые.

— Шойгу говорит о развертывании 16 крупных специализированных медицинских центров по борьбе с коронавирусом. Работы идут круглосуточно в три смены. Прошли крупные учения войск РХБЗ. Это все готовится для чего? Кого в эти центры будут помещать?

— Честно говоря, я не очень в курсе, что строит Шойгу, но хочу сказать вот что. Во всей этой истории, которая разворачивается на наших глазах, мне видится два сценария. Первый — информационный, и это в бо́льшей степени пандемия глупости, а не вируса, и человечество впервые решило посчитать свои проблемы от ОРВИ. Вот оно их посчитало и испугалось. В этом есть, конечно, и польза для будущих поколений в смысле предупреждения и борьбы с заболеваниями, но сейчас это выглядит совершенно неадекватно.

Второй — более тяжелый и учитывает в себе ряд странностей. Например, в Китае в течение полутора месяцев с момента возникновения первичного очага карантин введен не был. Понятно, что для настоящего серьезного вируса полтора месяца — это срок, за который он мог распространиться очень обширно и массово. Особенно в Китае с его перенаселенностью и скученностью населения. Тем не менее мы с вами видим, что в Ухани не только локализован очаг и вирус практически не пошел дальше в КНР, что немыслимо и невероятно, но он активно не распространился и на Россию, и на соседние страны. А как так может быть? И самое удивительное, что китайцы уже начинают снимать карантинные мероприятия и даже демонтировать свои больницы, которые были построены для данных целей. Я этого понять абсолютно не могу. Либо китайцы поняли, что все это ерунда, либо в реальности ничего не было вообще и все это «дымовая завеса». Реальная проблема действительно возникла в Западной Европе, в южной ее части, и в США. Ощущение, что по ним прямо нанесен удар.

Есть информация, что этот вирус разделился на подтипы и уже имеет в своей структуре достаточно существенные различия, которые дают разную клиническую картину у различных генотипов. Возможно, этим объясняется разница того, что происходит в Италии и Германии, Австрии. Они мало того что непосредственно граничат между собой и люди до недавнего времени перемещались между ними совершенно свободно, но в Италии люди мрут как мухи, а в Германии и Австрии ничего похожего. Но так не может быть, если, конечно, там не разные типы вируса. В Германии коек намного больше, чем в Италии, но только этим объяснить настолько разную картину в летальности невозможно. И Германия ведь тоже очень поздно спохватилась, и там тоже должна была быть похожая картина, а ее нет. Поэтому то, что происходит в Китае и на стыке Италии и Германии, не просто непонятно, оно вгоняет в ступор. Китайцы ведут себя так, как будто к ним вирус больше никогда не вернется. А ведь они коллективного иммунитета не приобрели. Они делают вид, что они блокировали все в Ухани и дальше он у них не пошел. Там на весь Китай (кроме Ухани) 3 тысячи заболевших, что ли. Но, исходя из того, что происходило в Ухани, вся Поднебесная должна была полыхнуть, а такого не случилось, и это очень странно. Но они же еще и абсолютно уверены, что он к ним не вернется. А почему? Если они все такие белые как лист, не переболели и у них нет коллективного иммунитета, то он вернется. А они верят или делают вид, что верят в то, что он не вернется. Или мы чего-то не знаем? 

Если осуществляется этот сценарий, тогда он больше похож на военный. И, возможно, с учетом такого развития событий к ситуации подключается Шойгу со своим ведомством.

— И кто тогда все запустил, если это военный сценарий развивается?

— Если военный сценарий развивается, то тогда Китай — это «дымовая завеса», а реальный удар нанесен по США и Западной Европе. Кем? Не знаю. Тут может быть много интересантов. Вполне возможно, что это сам Китай провел такую отвлекающую комбинацию, а реальный удар нанес по своим геополитическим и экономическим конкурентам. Может быть, Россия: уж больно хорошо мы сидим, если бы не пролонгация карантина до 1 мая — это уже удар не по конкурентам, а по своему народу.

Вадим Бондарь

 


источник :  www.business-gazeta.ru