§

Вопросы пациентов

Задать вопрос

 

Когда у человека есть основания думать, что вред здоровью или смерть причинены в результате медицинской помощи, он должен понять, чего он хочет.

Есть административный путь. Чтобы пальчиком погрозили, то есть вынесли какой-то выговор, провели разбор полетов внутри системы здравоохранения. Для этого надо написать жалобу в местный департамент здравоохранения, в Минздрав, в любой административный орган, который имеет отношение к здравоохранению. И можно об этом забыть. Бюрократическая машина прокрутится, на выходе будет какое-то письмо, скорее всего, отписка о том, что проведена клинико-экспертная комиссия, которая причинно-следственные связи не выявила, но выговор вынесла. Понять это трудно, но обычно  бывает именно так.

Второй вариант – это уголовное преследование, которое, как правило, движет людьми в тяжелых конфликтах – они хотят, чтобы врач больше не работал, «потому что нахамил, нагрубил, близкий человек погиб, а он еще и бегает от меня – в общем, нехороший человек, не должен работать». Тогда нужно обращаться в прокуратуру, потому что, к сожалению, на данный момент лишить врача практики можно только в процессе уголовного судопроизводства. Здесь имеется достаточно серьезный перекос в сфере ответственности. Мы считаем, что лишать права заниматься медицинской практикой можно и в административном порядке, но, к сожалению, Кодекс об административных правонарушениях не содержит норм наказания врача – вообще, даже штрафов нет! Из-за этого перекоса и эмоций очень много криков: «Врачи – убийцы!» – которые не обоснованы, потому что случись чего – так сразу уголовное преследование вместо административного. И сама корпорация врачебная начинает на это очень негативно реагировать и защищаться, потому что не всегда врач должен сидеть в тюрьме, а оштрафовать его могут только по приговору уголовного суда. Это ненормально, все равно как если бы водителя автомобиля за любой проступок на дороге пытались посадить в тюрьму.

К сожалению, в уголовном преследовании есть большое количество минусов и для потерпевших, потому что прокуратура здесь выглядит как черный ящик, куда все входит, но ничего не выходит: вы совершенно не управляете процессом. Общеизвестно, что следователи не любят эти дела – у нас есть дела, которые тянутся по восемь лет. Результатом такого недоброкачественного правового разбора, кстати, послужило дело Игоря Брежо, который вынужден был после такой работы прокуратуры нанимать киллера для того, чтобы решить проблему самому. Это, конечно, неправильный выбор, но человек, не нашедший справедливости, не видел другого выхода.

Последний вариант выяснения взаимоотношений – иск в гражданский суд с целью возмещения морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи, вследствие смерти человека, морального вреда либо смерти или причинения вреда здоровью. Это можно делать наряду с обращением в прокуратуру. Если в течение года следователь ведет себя демонстративно не в вашу пользу, не возбуждает уголовного дела, пишет какие-то непонятные отписки – лучше обращаться уже в гражданский суд.

Потому что гражданский суд в отличие от уголовного преследования позволяет самому потерпевшему допрашивать свидетелей, знакомиться с оригиналами документов, что практически в другом месте сделать невозможно, и, соответственно, сформировать то представление и получить ответы на те вопросы, которые у человека имеются. Хотя, к сожалению, должен сказать, что гражданские иски – денежные. «Ты за деньгами суда пришел или правду узнать», – вопрос, который нередко возникает у судей.

При предъявлении иска нужны сам иск, справка о смерти, если человек умер, какой-нибудь выписной эпикриз, письмо из Департамента здравоохранения или из Министерства здравоохранения, где подтверждаются определенные события и [они же] служат основанием для подачи иска. Но нельзя иск предъявлять так: «Я считаю, что врачи все виноваты, что они нехорошие». Это не иск, и, скорее всего, он не будет принят, потому что он безоснователен. Более того, человек может быть обвинен в клевете, потому что выдвигает необоснованные и неподтвержденные обвинения в адрес врача.